И Агата понимала, что ей бы задуматься о происходящем, но ощущение покоя, тишины и насыщенности притупляло ее здравый смысл. Она едва коснулась лбом плеча Дэна, он наклонил к ней лицо и, не останавливая величавого шага, не отрывая взгляда от ларька со льдом, невесомо скользнул губами по ее макушке.
По телу Агаты томной негой разлилась прохлада.
Многоруким чудовищем за столом ларька правила Эшлин. Она танцевала, покачивая бедрами в такт стенаний колокола, и металась-металась-металась от ведра с вином к тазу со льдом, к корыту с замороженными фруктами и без остановки черпала и выставляла стаканы. Бездонный источник леденящего пойла.
— Эшлин, — почти шепотом позвала Агата, и подруга повернулась к ней.
Волосы Эшлин разметало черным пламенем. Зрачки расширились и заполнили почти весь глаз. Ягодный мазок помады рассекал ее щеку и смазывался на подбородке. На ключице у Эшлин Агата увидела кровавый след зубов.
Без узнавания, без улыбки, без остановки, она выхватила стакан, сделанный из старой стеклянной зеленой бутылки, погрузила его в таз со льдом, зачерпнула вина из ведра, рукой схватила горсть ледяного винограда, швырнула его в стакан и грубо впихнула его в грудь Агате.
Дэн, наблюдавший за праздником с отстраненным любопытством, перевел взгляд, услышав болезненный выдох Агаты, обвел всю ситуацию внимательными глазами, спокойно положил ладонь Эшлин на затылок и медленно, почти нежно вдавил ее лицо в лед.
Эшлин взвыла, словно демон покидал ее смертное тело, забарахтала всеми своими бесконечными руками, что работали, и работали, и работали на благо праздника. Она затрепетала, словно бабочка, заживо пришпиленная к бархату, и наконец поникла, вяло постучав Дэна по руке. Сдаюсь.
Дэн убрал ладонь и притянул к себе Агату.
Эшлин вынырнула изо льда. По носу ее стекала капля. Лицо раскраснелось. Ресницы слиплись и с них потекла тушь. Она была прекрасна, когда взяла белоснежное полотенце и аккуратно промокнула лицо. Она была прекрасна, когда улыбнулась и протянула к Агате руки.
— Привет, — слегка хрипло отозвалась она. Эшлин провела взглядом по руке Дэна, обвивающей талию Агаты. На то, как Агата, сама того не замечая, все время склонялась к нему, и спросила на свой страх и риск — А где Гарольд?
— Гарри, — автоматически поправила Агата и слегка смущенно поморщилась. Она забыла про него. — Наверное, надо позвать его? Где еще он увидит праздник в честь Бога Моря…
— Не надо, — как бы про между прочим высказал свое мнение Дэн.
— Не надо, — согласилась Агата. — Он плохо переносит жару, да и бильярдного стола тут нет, ему будет скучно.
— Да он взрослый мальчик, — хохотнула Эшлин и развела руки в стороны, — не то чтобы это незаметно. Захочет - придет на звук музыки и запах нормальной еды, а не эти ваши… яйца пашот.
Агата рассмеялась, беззаботно соглашаясь с ней, заглянула в свой стакан и осторожно спросила
— А у тебя есть просто вода? Я не ужинала и не хочу на пустой желудок…
— Да тут льда больше чем вина, — насупилась Эшлин.
— Воды, — спокойно напомнил Дэн, и Эшлин тут же нырнула под стол и выудила откуда-то закрытую пластиковую бутылку.
— Пойдем, я достану нам еды. — Эшлин выглянула из палатки и помахала кому-то, попросив подменить ее.
Агата отпустила руку Дэна и взяла под локоть Эшлин. Дэн пошел за ними следом, не мешая их беседе. Но уже через пять шагов Агата снова ощутила на себе скользкие взгляды, голодные оскалы, как к ней тянутся руки, как ее хотят погрузить в это безумие…
Она сухо сглотнула и оглянулась.
Дэн был у нее за спиной и вопросительно поднял брови, увидев панику в ее глазах. Агата протянула руку за спину и Дэн переплел их пальцы, все так же оставаясь на шаг позади, не вмешиваясь в их ничего не значащий треп, никого не подпуская со спины.
Эщлин подвела ее к костру. Агата запрокинула голову и слегка приоткрыла рот от величия открывшейся картины. Волосы на ее руках встали дыбом, а потные пряди у висков высохли и начали завиваться от жара. Перед ней раскинулось великое пламя выше крыш местных трехэтажных домиков. Огонь ревел и трещал, и взвивался волнами жара в воздух, и Агате казалось, что люди, танцующие люди, готовы войти в это пламя и слиться с ним воедино во имя Бога Моря…