Бог Моря сделал шаг.
Рядом с ним пошел трещиной дом. Из дома выбежала семья с перекошенными от ужаса лицами. Матрона прижимала к груди орущую кошку.
Они увидели шедшего колосса. Разъяренного ангела. Нечеловеческое божество, слепого к их ужасу и страданиям. Он сделал шаг, не глядя, и не заметил, как шагнул на дом, на людей, на сам город.
Но Бог Моря, Бог Моря, Бог Моря, он не нес правосудия или кары. Он нес тело девушки, которую посмел любить, думал, что имеет право, считал, что способен.
Он нес ее, и за ним оставался мокрый след. Но то были не его слезы. То была мертвая вода, капля за каплей покидающая ее тело.
Он любил ее молодость. Планировал наслаждаться ее зрелостью, готов был помочь ей в старости.
Он хотел насытиться ею и отпустить, чтобы снова раствориться в вечности и, возможно, исчезнуть на пару веков или тысячелетий.
Но они не дали ему этого. Лишили. Забрали.
Искра гнева вспыхнула в его ноющей груди.
Бог Моря сделал шаг.
Камни заплакали при виде его горя и слезы их растекались по городу тенями и стонами. Любопытные дети с радостным видом бегали за ручейками и пытались поймать за хвост ускользающих рыбешек. Они радовались, пока взрослые с криками ужаса пытались достать их из под стоп не ведающего Бога Моря.
Но Бог Моря, Бог Моря, Бог Моря, он просто нес Агату туда, где хотел остаться с ней навсегда. Он хотел обнимать ее. Стать соляным столпом. Слиться с ней и не отпускать, пока боль в его сердце не утихнет.
Он готов был молчать, но…
— Прекрати!!! — Закричал кто-то незначительный, незнакомый, ненужный, — ты же погубишь нас!!!
Бог Моря встал.
Бог Моря обернулся.
Бог Моря воззрился.
На жалкий песчаный остров. На этих людей, что для него были безликими пятнами. На их голоса, что звучали для него не важнее переговоров муравьев.
Бог Моря сделал шаг.
И не выдержала земля. И пошла земля трещинами. И поднялась из земли волна.
Не стало камней. Не стало песка. Не стало людей, муравьев и птиц. Не стало домов. Не стало деревьев. Не стало… острова.
Того острова, что Бог Моря когда-то создал, чтобы лежать на песке и отдыхать, наслаждаться музыкой и одиночеством.
Не стало перешейка.
Бог Моря притянул Агату, его Агату, его морскую пену к груди, склонился к ее волосам и вдохнул. Ее волосы все еще пахли розмарином. Он закрыл глаза.
Бог Моря познакомился с Агатой, когда ей было пять.
Бог Моря приглядывал за Агатой, когда ей было десять.
Бог Моря заметил Агату, когда ей было пятнадцать.
Бог Моря полюбил Агату, когда ей исполнилось двадцать.
Агата не дожила до двадцати одного.
Волна приближалась к материку.
Когда-то зачем-то Бог Моря вспомнил, каково это быть человеком.
Когда-то Бог Моря вспомнил, как желать.
Когда-то Бог Моря вспомнил радость обладания.
Когда-то Бог Моря вспомнил любовь
Когда-то Богу Моря напомнили боль.
И не понравилось это Богу Моря.
Когда-то у Бога Моря забрали то, что он желал.
И не понравилось это Богу моря.
Когда-то Бога Моря лишили его возлюбленной.
И Бог Моря разгневался.
И взял он тело прекрасной мертвой девы в свои руки.
И вышел тогда Бог Моря к народу.
И сказал Бог Моря
Я услышал вас.
Я увидел вас.
Да пребудет с вами моя воля.
А воля моя, чтобы вас больше не было.
И пришла волна.
И разрушила волна дома.
И разломила волна дороги.
И смыла волна деревья.
И унесла волна людей в море.