Было бы ложью сказать, что мне не понравился поцелуй. К своим двадцати трём девочкой я не была. Был любимый парень Сашка когда-то, правда сейчас я уже не уверена, что это была именно любовь. Так или иначе, именно с ним я стала женщиной. И конечно же, до Сашки и после него были небольшие интрижки, не переходящие грань близости и не претендующие на что-то серьёзное. И мне казалось, что удивить каким-то поцелуем меня просто невозможно. Как же я ошибалась!
По пути домой из Управления, да и дома, я никак не могла выкинуть это из головы. Губы Кая, его шёлковый язык… Прикосновения, сначала нежные, считай невинные, которые постепенно окрасились страстью, заставили забыть, кто я, где и почему. Этот поцелуй — самый эротический момент моей жизни! Я совершенно выпала из реальности. Острота и сладость ощущений просто оглушили. Естественно, забыть о таком сразу просто невозможно! Вот что я вспоминала, невольно чувствуя отголоски того урагана чувств, которые испытала, когда Кай меня поцеловал.
Теперь же ощущаю себя бесконечной и жалкой идиоткой. Ведь сколько раз говорила себе, о деле надо думать, а не на парней зариться. Знала же, что не интересую Кая. Его вообще сейчас чувственная сторона отношений не интересует, а если бы и был такой интерес, то на меня бы он внимание обратил в последнюю очередь. Сам сказал. Чего тут удивительного, какой он, и какая я… Стоп! А какая я? Недостаточно хороша для него? Да пошёл он! Я тоже себя не на помойке нашла. Тоже мне, божество местного разлива! И вообще, даже хорошо, что Кай спустил меня с небес на землю. Перестану наконец забивать голову лишним и займусь действительно важным делом. Давно пора освоить эту чёртову магию и вернуться домой, вот там можно и о мужиках подумать.
Сейчас же нужно просто успокоиться. Взять себя в руки. Установить чёткую дистанцию и ни за что не дать ашрианцу прознать, что я позволила себе слабость мечтать о нём. С завтрашнего дня мы не более чем сожители. Даже дружба мне его не нужна. Не бывает дружбы между мужчиной и женщиной, об этом тоже не стоит забывать. Значит, надо истребить в нашем общении всё лишнее. И так обидно мне лишь из-за задетого самолюбия, не более. Это всё быстро пройдёт.
Только против логики горечь стискивала горло, заставляя давиться рыданиями и глупо размазывать слёзы по щекам. Но Кай никогда и ни за что об этом не узнает. Я для этого сделаю всё возможное. Обещаю себе.
Глава 21. Новые откровения и неожиданное решение
КАЙЛЕН
Вместо супа получилась какая-то кашеобразная бурда, и я раздражённо избавился от неудачного кулинарного эксперимента. Настроение было просто отвратительным. И самое противное, я сам не понимал, почему так злюсь.
Мой план с извинениями утром с треском провалился. Сначала Мары не было кучу времени, а когда девушка наконец показалась на кухне, то даже не улыбнулась.
— Мара, я бы хотел извиниться за вчерашнее, — собравшись с духом, выдал я. — Я не хотел тебя оскорбить. Я уже достаточно хорошо узнал тебя, и потому уверен, ты бы никогда не опустилась до подлости и не нарушила своего слова.
— Хорошо, — равнодушно обронила эромайка. — Я тебя услышала. Давай завтракать.
Бездна! Что-то не так. Не похоже, будто меня простили. Но что не так? Что я ещё вчера говорил? Спустя несколько секунд размышлений я на эмоциях хлопнул себя по лбу.
— И ещё, ты хорошая, красивая девушка, — менее уверенно произнёс я, ощущая себя до предела глупо. — И я уверен, найдётся множество мужчин, которые будут рады с тобой быть…
— Кай, ты издеваешься? — поджала губы Мара.
— Что? — совсем потерялся я.
— Да ничего! — чуть вспылила девушка. — Я вроде ещё вчера сказала тебе, что всё поняла. Да, сказанное тобой было грубо и оскорбительно. И ты извинился, молодец. На этом хватит. Я на твою честь не покушаюсь, и уж получше тебя разберусь со своими потенциальными мужиками! А теперь закрой рот и ешь!
Как это: закрой рот и ешь? Фраза, по смыслу противоречащая сама себе. Но глянув на мрачное выражение лица Мары, я предпочёл не лезть с расспросами и просто завтракать. В течении дня мы почти не пересекались, лишь вечером за ужином встретились, и там девушка со мной почти не разговаривала.
На следующий день она и вовсе почти всё время пропадала в городе, откуда явилась в приподнятом настроении с кучей всякой ерунды в руках. На медитации она была очень напряжена и не сразу смогла совладать с собой. Мне показалось, она не хотела смотреть мне в глаза и вообще на меня.
Уж не знаю, настолько талантлива Мара или это от нежелания лишний раз близко контактировать со мной, но уже третью попытку медитировать она захотела попробовать без меня, и у неё получилось. На радостях девушка с трудом дождалась окончания физической тренировки, после умчалась к себе, и мне оставалось только гадать, чем она там занималась.
А в целом за четыре дня мы виделись только за завтраками, на тренировках и за ужином. При этом общение сводилось к набору безразличных продиктованных ситуацией фраз. И если первые два дня я был убеждён, что девушка просто обиделась и дуется на меня, несмотря на извинения, то потом осознал одну простую истину — она просто провела черту, которую решила не переступать. Потому в любых разговорах Мара тщательно уничтожала любые попытки неформального шутливо-дружеского общения.
У меня сложилось стойкое ощущение, что мы вернулись в самое начало нашего знакомства. Только теперь не я сторонюсь Мары, а она меня. И всё это из-за дурацкой несдержанности в словах! Как же сложно с женщинами! Понять их поройп простоневозможно. Не столь страшны были мои слова, чтобы так тщательно отгораживаться от меня.
Когда девушка вернулась в Университет, я лишний раз убедился в своих догадках. Если за последние дни, общаясь со мной, Мара и улыбалась, то выглядело это невероятно наиграно. Своим же знакомым она улыбнулась искренне, радостно. Когда я наблюдал за этим, у меня сложилось чувство, будто меня нагло обворовали. Отняли что-то невообразимо дорогое, бесценное.
И мне это совсем не понравилось. И вроде бы сам же хотел соблюдать дистанцию, но не такую же! Я просто боялся, что девушка может вообразить, что я испытываю к ней романтические чувства и буду рад разделить постель. Мара быстро убедила меня в том, сколь глупы были мои опасения, заодно решила, что и дружеские отношения лишние. По воле эромайки мы из приятелей резко стали двумя чужаками. Настроения это не прибавляло.
Только, похоже, Маре этого было мало. Сейчас девушка вовсе убежала на встречу к Лурену. Да и плевать. Мне-то какое дело? Хочет развлекаться — вперёд! Я найду, чем себя занять. Уборка, готовка, тренировки…
Бездна! Логическое самовнушение работает как-то коряво. Несмотря на чёткое понимание, что размышления мои верны, и, возможно, так будет лучше, настроение было хуже некуда. Было тоскливо и зло. В голове настойчиво крутились самые разнообразные предположения, чем там Мара занимается с этим упырём, и они тоже не добавляли душевного равновесия.
АНИЭЛЛА
— Как красиво! — ахнула я восхищённо.
— Так и знал, что тебе понравится, — отозвался Лурен.
А посмотреть было на что. Над водой, переливаясь всеми цветами радуги, летали тысячи крошечных огоньков, периодически собираясь в самые разнообразные фигуры. Зрелище завораживало, выглядело столь волшебным, что я просто не понимала, как другие могут спокойно идти мимо, не обращая внимания на эту красоту. На какое-то время мне показалось, что я попала в настоящую сказку! И почему я раньше не подумала о том, чтобы получше изучить город, в котором живу?
— Что это такое? — любопытство взяло верх.
— Всего лишь пыль Феосара, радужного камня, управляемая магическими потоками, зацикленными на самовосстанавливающихся кристаллах, расположенных по периметру озера, — пожал парень плечами.
Какое-то время мы молча любовались удивительным зрелищем. Точнее, я любовалась, а Лурен думал о чём-то своём.
— Мара, почему ты согласилась пойти со мной на прогулку? — неожиданно спросил парень.