Берёт меня за запястье, и в следующее мгновение я уже в салоне, прижата к его телу.
— Слишком опасно стоять около трассы, — Итан ведёт ладонью по моему бедру, сжимая ягодицу до лёгкой боли. Притягивает к своему паху, и эрекция упирается в промежность.
— В твоих руках безопасней, — не вопрос — утверждение.
Неоспоримый факт.
— Наконец-то ты это поняла. Хочу почувствовать, какая ты влажная.
Хмыкаю и, цокнув языком, спускаюсь в ноги.
— Сегодня играю я, — чёрт, что я творю? Как можно так рваться вперёд, не зная правил? Но я уверена, что Итан мне поможет и направит.
Он обхватывает меня рукой за подбородок, а я вновь облизываю пересохшие губы. Внизу живот скапливается тяжесть, она болезненными импусами концентрируется в клитере. И я грежу о разрядке. Но в данную минуту еще больше желаю увидеть блаженство, которое захлестнет с головой Итана. И я буду знать, что смогла подарить ему мгновения эйфории.
Подцепляю резинку штанов, стягивая их вместе с нижним бельём. Ньюман приподнимает бёдра, помогая мне. И в следующее мгновение его одежда летит на соседнее сиденье.
— Как же жарко, Лили. Ты одновременно мой ад и врата рая. Просто не представляешь, сколько раз я мечтал о твоих губах на моём члене, — произносит сквозь зубы, а после того, как я провожу по головке языком, шипит, издавая гортанный стон. — Чëрт, ты одновременно проклятье и самое желанная благословение.
Солоноватый привкус предэпредэякулята остаётся на языке. Он не противный, как я думала раньше. Наоборот, кожа очень нежная, а по всей длине отчетливо видны вздувшиеся вены. Хочется провести кончиком языка по каждой, чем я и занимаюсь. Не хочу торопиться, на что слышу рваное дыхание Ньюмана.
— Сожми его крепче, Лили, Не могу больше ждать. У меня яйца сейчас лопнут от переизбытка спермы, — Итан собирает мои волосы в импровизированный хвост, сжимая их у корней.
Решаю сделать, как он просит, и, взявшись за основание, обхватываю в кольцо губ твердую эрекцию на длину головки. Он горячий и большой. Не представляю, как справлюсь, но, ощущая встречный толчок, пропускаю глубже.
— Вот так, моя Литл Китти. Я буду молиться на твой рот. Хочешь, напишу про него песню? — заговаривается и снова протяжно стонет. — Ты точно никому до меня не сосала?
Выпускаю ненадолго пульсирующую плоть изо рта, чтобы ответить:
— Ты и в этом у меня первый. Но, чтобы стать последним, нужно постараться, — возношу его эго и сразу же опускаю на землю. Итан и без того страдает завышенной самооценкой. Пусть знает, чтобы я была его, необходимо искренне этого хотеть. Не только во время близости, но и просто державшись за руки. Чтобы его мир также был наполнен мной, как и мой им.
— Только от этого уже готов кончить. Хочу глубже!
Рык звучит на весь салон, и я ощущаю себя на алтаре с безграничной властью над Итаном. Хоть нахожусь в данный момент на коленях.
Раскачиваюсь головой в такт его участившемуся дыханию, помогая рукой.
— Посмотри мне в глаза, Лили. Хочу видеть, как ты горишь на моём члене. Хочу проникать не только в твой рот. Чëрт! Глубже! Гораздо глубже! В самое сердце! Голову, — как бы не было страшно признать, но он уже там. И с каждым словом запечатляет себя только глубже в венах, сердце. Проникает в моё Днк, становясь мной.
Никогда не думала, что минет настолько моя эрогенная зона.
Итан, держит одной рукой меня за волосы, второй фиксирует затылок и берет всю инициативу на себя. Входит практически полностью. У меня в уголках глаз скапливается влага, а внутри взрывается круговорот эмоций, они сливаются в одну, самую сокрушительную. Совершенно не успеваю за Ньюманом.
Мышцы ног Итана напрягаются под моими ладонями, а член становится ещё больше. Толчок. Толчок. Входит, до основания, лишая меня кислорода. А в следующее мгновение чувствую, как струя вязкой солоноватой спермы ударяет в горло.
— Может, нахрен завтрашнюю вечеринку? Давай всё отменим и проведём день вместе. А потом ночь. Затем утро.
Поднимаюсь, сделаю бёдра Итана, облизывая последние капли. Не верю, что я это сделала.