— Пошли, — он берёт своей большой ладонью мою и ведёт ко входу. — Я тебе говорил, что люблю наблюдать за людьми?
Не могу сдержать смех, прикрываю рот рукой, но Леон убирает её от лица.
— Не скрывай свою улыбку, она очень красивая, — он подмигивает и открывает передо мной дверь, приглашая внутрь.
— Ты зарабатываешь очки? — хмыкаю и захожу. — Но, если честно, после фразы, что ты любишь наблюдать, у меня в голове появилась одна мысль, — снова смеюсь. — Это очень похоже на начало книги с очень плохим финалом.
Почему-то его взгляд становится ещё более загадочным, а улыбка — шире. Леон проводит ладонью по своим белоснежным волосам и открывает передо мной вторую дверь.
— А ещё я выяснил, что ты обожаешь книги, — говорит он, и мы попадаем в мой личный рай.
Книжный фестиваль с огромным количеством различных изданий и тематик. Уже от входа замечаю стенды, на которых располагаются красочные произведения в ярких обложках.
— Дыши, красотка, — Леон шепчет мне на ухо, и это приводит меня в чувство. — Мы не уйдём отсюда, пока ты не скупишь всё, что хочешь. И да, я буду таскать всё, что ты выберешь.
Это точно сон, не может быть правдой. Снова щипаю себя за руку, и та же боль радует своим появлением. Ведь это означает, что всё происходит со мной на самом деле.
— Леон, признайся уже. Ты ненастоящий? — ерошу его волосы, и они оказываются очень мягкими на ощупь.
— Самый настоящий, — берёт меня за ладонь, переплетая пальцы. — Пошли уже.
И мы ходим несколько часов, практически до самого закрытия. Я с восторгом в глазах смотрю по сторонам, периодически нахожу интересующие меня книги, а Леон сразу же кладёт их в корзину. Только потом замечаю, что она доверху заполнена. Ещё там лежат подарочные издания, которые в последние минуты привлекли моё внимание.
— Леон, это перебор, — смотрю на целую библиотеку в его руках и не могу закрыть рот от удивления. Тут несколько моих зарплат, не меньше. Особенно если учесть последние дорогие книги, которые стоят минимум как почка.
— Мне нравится, как горят твои глаза сейчас. А это мелочь, которую я могу для тебя сделать, — упрямо ведёт в сторону касс.
— Я сама всё оплачу, — пытаюсь сопротивляться, ведь мы знаем друг друга всего несколько дней.
Таких дорогих подарков мне ещё никто никогда не дарил, поэтому я не знаю, как правильно реагировать.
Хотя, если он решит отступить, то придётся всё оставить тут. Денег у меня хватит только на одну книгу.
— Ты хочешь, чтобы мне было приятно? — он задаёт вопрос и пристально смотрит на меня.
А у меня в голове почему-то он звучит очень даже двусмысленно. Но не думаю, что Леон имеет в виду неприличный подтекст. Замечает моё смятение и добавляет:
— Для меня это мелочь. Если ты примешь подарок, то я буду рад, — делает шаг назад, и я понимаю, что мы подошли к зоне касс.
— Ничего себе мелочь…
Он фыркает на мои слова и направляется оплачивать. Делает это за несколько минут, потому что очереди уже нет, и кассир быстро справляется со всеми нашими покупками. А я так и продолжаю стоять и хлопать глазами.
— Спасибо, — у меня на самом деле нет слов, чтобы в полной мере выразить свой восторг.
Мы возвращаемся в машину, а я уже мысленно разбираю пакеты на своей кровати, вдыхаю аромат распакованных книг. Наслаждаюсь шелестом страниц, а после ищу место на полках. Возможно, в выходной придётся перебрать весь стеллаж, чтобы всё хорошо смотрелось.
У тёти точно случится сердечный приступ от счастья.
— А теперь поехали это дело отметим, — Леон поворачивается в мою сторону и кивает на ремень. — Пристёгивайся.
Снова, из-за одной невинной его фразы, засранец занимает место в голове. У них пунктик на безопасности? То, что оба любят скорость, я уже убедилась на собственной шкуре, поэтому киваю и не решаюсь вредничать. Только всю дорогу до кафе вспоминаю момент, когда Итан отвозил меня до центра Чикаго в первый рабочий день.
Доезжаем быстро, дороги абсолютно пустые.
Машина паркуется у небольшого здания, с виду неприметного, но с огромными окнами, в которых отчётливо видно, что свободных мест практически нет.
— Кстати, может, через пару недель снова хочешь поучаствовать в заездах? — он играет бровями, и от его предложения появляется желание вжаться в сиденье. Тошнотворный ком появляется в животе. Эмоции, которые я испытала после заезда, ещё слишком свежи. Нет желания в ближайшее… когда-либо их испытывать.
Отрицательно качаю головой, а рукой цепляюсь за подлокотник, будто меня прямо сейчас собираются посадить на байк.
— Если я даже и решусь посетить это мероприятие, то буду находиться на твёрдой поверхности. Никаких больше заездов, — поднимаю руки вверх, и Леон смеётся. — Серьёзно, вам с Итаном тоже не следует этим заниматься. Там же запросто можно пострадать, причём очень серьёзно.