ный отпуск. Когда на работе у Ала узнали, что первой двОйне уже полгода, а вторая вот-вот появится, Алу беспрепятственно дали право на декретный отпуск. Мы хоть за эти два месяца посадили абрикосовые косточки, благодаря магии домовых, мандариновые деревца окрепли, а абрикосы показали свои небольшие ростки. Алу теперь приходится спать от меня подальше, так как Михалыч сказал, что будут мальчики, а они всё время пинаются, и Ал очень долго терпел, но, всё-таки, решил дать мне простору. Малыши потихоньку росли. Гера был увалень, а Манечка пошла в девять месяцев, благодаря поддержке папы. Ей хотелось не идти, а бежать, но Ал сдерживал её порывы. Когда малышам исполнилось десять месяцев, у меня ночью начались роды. Мальчики вышли легко. Когда Ал посмотрел на них, то увидел, что рожек у них не было. Он передохнул. Я сказала: "Как ты думаешь, у них будет что-то от демона?" Ал задумчиво сказал: "Не хотелось бы." "Знаешь, а мне, кажется, Гера будет колдуном, а Манечка - ведьмочкой." "Если это, действительно, так, то, думаю, когда пойдут в школу, чтобы не показывали свои возможности. Надо будет с ними поговорить." "Когда мальчики подрастут до двух лет, надо Манечке подружку затеять." Ал улыбнулся: "Я не против." По сравнению с Герой и Манечкой, Рыжики росли не по дням, а по часам. Мы с домовыми созвали совет какие им имена. Михалыч сказал: "А чего тут мучиться: "Алрейн Первый, Алрейн Второй." Мы все рассмеялись. Душенька на него набросилась: "Ты что совсем ума лишился. Представляешь какая сумятица в головах учителей будет." Михалыч обиделся и ушёл. Но, всё-таки, Душенька пошла за Михалычем: "Вспомни, как они чудили в Академии. Ал сделает Юру иллюзию своих рогов. А сам куда-нибудь исчезнет из Академии. И где его искать. Он же немного демон. И где его искать?" "Прости. Пожалуй, ты права. Пусть Хозяйка и хозяин дадут им имена." "Хозяйка, прости мою глупость." "Михалыч, не говори глупости. Ты правильную идею подал. Алрейн - это будет имя отца, а дома надо придумать: ВиктОр Алрейн, Алекс Алрейн. А если напакостят. Будут Витька и Санька." Ал поинтересовался: "А что означают эти имена. Я ответила: "ВиктОр - победитель. Алекс - защитник." Ал улыбнулся: "Я согласен. По их хитрым мордашкам видно. Будут они Витька и Санька." На другой день мы поехали давать имена Рыжикам. Увидев эти рыжие головы все сбежались посмотреть на них. "Это у вас уже вторая двОйня?" Мы кивнули головой. "А первым сколько уже?" "Уже своими ножками ходят." "Как хотите записать?" "Первого записать ВиктОр Алрейн." Когда дали бумагу на первого, то второго записывал Ал: "Алекс Алрейн." И мы поехали домой. Прошло два года. Гере и Манечке исполнилось три года. И с ними стали происходить странные события. Их сила потихоньку начинает творить странные дела. Все, что с ними происходит, они показывают нам с Алом. Но, свои возможности они показывают и рыжикам. Им уже исполнилось два года, но для своего возраста, они кажутся мелкими, но очень юркими. И Гера и Манечка показывают им свои возможности. Но, я попросила поговорить Ала с Манечкой и Герой о том, что сейчас им рано заниматься магическими штучками, так можно и перегореть, и остаться без магии. Ал согласился поговорить с Манечкой и Герой. И они куда-то ушли, а, может, и уехали. А я подарила рыжикам одинаковых больших медведей. Восторгу не было конца. Пока они пытались залезть на сидящую лапу медведя: было сопение, пыхтение, но лапу пока одолеть не удавалось. Мы с домовыми старались не смеяться, чтобы не обидеть рыжиков, всё-таки, ручки у них ещё были слабые, но они не сдавались. Несколько попыток увенчались успехом. Рыжики с превосходством смотрели на нас, сидя на лапе. Мы с домовыми сказали: "Отдохните немного. Подкрепиться не желаете?" Рыжики так деловито: "Желательно бы подкрепиться." Мы с домовыми серьёзно: "Чего желаете?" Рыжики задумались, а потом выдали: "Пюре с котлетой мягкой и молока." "Пойдем на кухню?" Рыжики важно кивнули головами. Посадили за маленький столик и выдали все, что было заказано. Рыжики чинно сидели за столом и аккуратно кушали. Покушав, сказали: "А теперь на горшок." "Благое дело. Не забудьте помыть руки." А сама пошла проверить, чтобы не упали со стула. Слава Богу, все обошлось. Малыши в манеже положили подушку между лап медведя. И я каждого укрыла одеялом. И они мгновенно уснули. Наконец появились Ал, Гера и Манечка. Я тихо сказала: "Пойдёмте на кухню, рыжики спят. Кушать будете?" "Мы в городе кушали." "Ну и ладно." Гера спросил: "А чего рыжики так рано спать легли?" "Вас не было. Я им больших медведей подарила. Они одолели сидячую медвежью, пусть не сразу, но, всё-таки, одолели и, конечно, есть захотели, поели, сходили на горшок, вымыли руки. Потом отправила в манеж. Они подушку между лап медведя положили, легли и сразу же уснули. Я их укрыла одеялом." Гера, интересуясь, спросил: "Мам, а медведь - это кто?" "Медведь - это не кто, а что, просто большая игрушка." "Мам, а ты рыжикам наколдовала?" Я улыбнулась: "Есть немножко." Гера и Манечка: "А нам наколдуешь?" "Попробую." Я хлопнула в ладони два раза. И за кухней появились два больших медведя. Гера и Манечка выбежали, и оказалось, что медведи даже больше Геры. Гера обратился к Алу: "Пап, ты переправишь медведей в наши комнаты." "Закройте глаза. И откроете только тогда, когда скажу. Раз... Два... Три... Открывайте глаза. Идите, ищите своих медведей." Гера и Манечка убежали в свои комнаты. "Тебе не кажется, что пора Манечке подружку затеять?" Ал поцеловал меня и сказал: "Я готов приступить к исполнению задания. Сегодня ночью. Думай о девочке." "Слушаюсь и повинуюсь, госпожа."