– Какая же я плохая, – девушка улыбнулась. – И вру, и отказываюсь дышать сигаретами…
– Ужасно плохая,- согласился мужчина. – Но ты можешь это исправить.
– И как же? – с наигранным интересом в голосе спросила девушка.
– Ты проведешь со мной эту ночь. И так и быть, курить при тебе я не буду.
– Я закончила ужин, – Алиса вдруг нахмурилась и выдернула руку из мужской ладони. До завтра.
Догонять он ее не стал. если ей хочется поиграть в недотрогу – ее право. У них есть еще целая неделя. Он спокойно доел свое блюдо и закурил, с наслаждением выпуская клубы серого дыма в мягкий полумрак ресторана.
***
Алису трясло от возмущения. Ни разу с тех пор, как она приехала во Францию учиться ее не обуревало такое жгучее бешенство. Все эти три года она спокойно училась, завела друзей, много путешествовала по Европе и не сталкивалась с таким откровенным нахальством.
Этот наглый тип думал, что раз он ее начальник, то она будет с ним спать! Самовлюбленный баран с завышенным ЧСВ!
Запершись в своей комнате, девушка почти содрала с себя костюм, из мятного превратившийся в мятый и, стоя перед зеркалом в трусиках, стала расстегивать вереницу маленьких пуговок на рубашке. Справившись с одеждой, она надела халат и прислушалась. В общем коридоре не было ни звука и если она хотела проскользнуть в душ незамеченной, то стоило это сделать, пока он еще в ресторане. Этот хитрец снял люкс с двумя комнатами, но общей ванной.
К счастью, все комнаты запирались надежно. Приняв бодрящий душ, Алиса не встретила начальника и на обратном пути. И потом лишь услышала из своей комнаты, как он, после душа, ушел к себе. А ближе к полуночи – звяканье бокалов о хрустальный поднос.
– Алиса? – низкий бархатистый голос сопровождался стуком в дверь.
– Да, Владислав Алексеевич? – не ответить она не смогла.
– У нас поменялись рабочие планы.
Помедлив, она все же выглянула из комнаты. Мужчина, одетый в махровый халат поверх шелковой темно-синей пижамы, потягивал коньяк со льдом из бокала, сидя в одном из кресел.
– Каким образом?
– Присядь, – он кивком указал на второе кресло, находящееся по другую сторону от круглого столика.
Девушка присела. Она была без халата, да и пижама ее была не из шелка, а из розового трикотажного хлопка.
– Угостишься? – предложил мужчина.
– Нет, спасибо. Что с расписанием?
– Завтрашняя встреча с девяти переносится на половину одиннадцатого. Та, что в 11 – на полдень. Пообедаем в машине, чтобы успеть на ту, что в два. А к семи нам на прием.
– Окей. Хоть с утра выспимся.
– Именно… покажи свое платье.
– Простите? – девушка вскинула брови то ли от возмущения, то ли от удивления.
– Надень и покажи платье, в котором собираешься завтра быть на приеме. И туфли, – попросил мужчина тоном, похожим на приказ.
– Зачем?
– Проверю его на соответствие мероприятию.
– Вы забываетесь, – девушка вскочила. – Я не ваша невеста, и выглядеть я буду так, как сочту нужным. И если вас что-то не устраивает…
– Там будут серьезные люди, – жестко осадил мужчина девушку. – И в дешевом платье ты будешь выглядеть не как моя невеста, а как моя одноразовая любовница, – понаблюдав, как девушка захлебнулась возмущением, Владислав невозмутимо продолжил. – Теперь, пожалуйста, надень то, что планировала надеть на прием, – мужчина устало прикрыл глаза, ожидая пререканий, но в этот раз девушка просто ушла в комнату и вернулась в черном шелковом платье. Простого покроя оно не обтягивало фигуру, но выгодно лежало на нежных формах Алисы. Лиф падал мягкими складками, обнажая начало небольших округлых грудок, а его уголки треугольничками смыкались на плечах. Сережки длинными сверкающими цепочками свисали вниз, чуть касаясь плеч. Русые локоны были собраны в небрежную ракушку на затылке, но некоторые, казалось, непослушные пряди спадали на бледную, почти прозрачную кожу.
Испугавшись резкого, как у хищной кошки, рывка Владислава, Алиса отступила к стене, но оказалась к ней прижата. Мужчина оглядывал ее хищным взглядом, полосуя горевшим в нем желанием. Находясь так близко к ней, он делился ароматом одеколона, коньяка и сигарет, почти дурманя девушку этим сочетанием.
– Владислав Алексеевич... Отойдите.
Он проигнорировал ее слова. Нахальные пальцы почти невесомо касались ее лица, проводя невидимую линию по подбородку, гладкой щеке, тонкой шее…