«Мало ли, вдруг пригодится», - говорила она Петру.
К тому же, учёба в колледже не отнимала так много времени, как в своё время в университете.
Лишь иногда совесть гложила Петра. Он чувствовал свою вину перед всеми, кто остался без крова. Больше всего, перед солдатом. Пётр хотел выяснить, что с ним случилось, но боялся узнать правду.
«Ну, что, Петька? Обелиться хочешь?» - Сказал Гершвин, когда Пётр поднял вопрос о своём уходе. – «Будет тебе обеление. Потерпи. Не всё же по бабкиным квартирам ходить.»
Пётр рассказал Аде, что контора вложилась в строительство жилого комплекса, и скоро появится должность директора управляющей компании, на которую его и поставят.
«Слава тебе, Господи», - подумала Ада, - «наконец-то всё станет хорошо».
Пока Пётр был на работе, Ада решила устроить небольшой праздник. «В конце концов, он этого заслужил». Она отправилась в ближайший магазин и накупила продуктов: мандарины, шампанское, вино – всё оказалось у неё в пакете. Девушка шла домой, думая о чём-то лёгком и приятном, как вдруг услышала своё имя.
-Адка, это ты?
Ада не поверила своим глазам. Перед ней стояла Лера, та самая соседка по общежитию. Сколько прошло лет? Смотря на старую подругу, Ада чувствовала, как изменилась сама.
-Слушай, пошли ко мне! Покажу, как живу.
Приятельницы поднялись на лифте, дверь отворилась, и их радостно встретил Влад.
-Ого, какой большой! – Сказала Лера. – Это тот самый?
Ада смутилась.
-Какой «тот самый»?
-Ну, из-за которого ты…
И тут пришло понимание, что разговор не задастся. Ада ничего не стало отвечать. Девушки прошли в кухню, молча уселись. Ада принялась чистить мандарины.
-Ну, у тебя и хоромы! Хорошо быть женой профессора?
-К чему ты клонишь? – Прямо спросила Ада, не сводя с подруги глаз. – Что ты хочешь сказать?
Лера смутилась и сказала:
-Знаешь, я, наверное, пойду.
Ада осталась одна с камнем на душе. Она пожалела, что вообще откликнулась.
Тягостное послевкусие от встречи преследовало Аду несколько недель. Однажды раздался звонок в дверь. Девушка открыла дверь и чуть не потеряла сознание.
-Ну, здравствуй, доча.
Мать постарела ещё сильнее. Лицо стало цветом печёного яблока, глаза впали, морщины стали глубже. Но она всё так же цепко впивалась взглядом.
Аделина молча смотрела в ответ.
-Что, родную мать и на порог не пустишь?
-Что тебе нужно?
Мать осклабилась и всплеснула руками.
-Вот так растишь, растишь, а потом даже в гости не зовут.
-Зачем ты приехала?
-Как зачем? Тебя повидать, мужа твоего. На загулыша хоть одним глазом посмотреть. Говорят, вымахал.
Ада подошла к матери, наклонилась и перед самым лицом прошептала:
-Пойди прочь.
Мать сделала пару шагов назад.
-Чего?
-Вон я сказала! Чтобы тебя не было больше! Чтоб ты сдохла! Поняла?! Услышала?!
-Ты с мечтами осторожнее…
-Вон!
Встреча с матерью долгое время не даёт покоя. Казалось, всё было уже позади, но раздался телефонный звонок.
-Адка? Ты? Мать умерла. Ты приедешь?
Ада уже много лет не слышала голос сестры, но даже сейчас, когда он прозвучал на том конце, он был для неё чужой, не родной.
Аделина обо всём рассказала мужу и поехала на малую родину.
Девушка не помнила, сколько лет прошло с того момента, как она покинула эти края, но всё осталось прежним. Только Сонька совсем превратилась в девушку, и теперь ловила на себе томные взгляды местных ребят.
«Обходи их стороной, сестра», - подумала Ада, - «ничем хорошим не обернётся».
Мать умерла тихо, во сне, в собственной кровати. Сердечный приступ. Лицо её выражало беспокойство, губы так сжались, будто из них должно было вылететь какое-то слово.
«Скорее уж проклятье», - подумала Ада, зная свою мать лучше всех.
Девушка узнала, что многих уж нет в живых. Особенно грустно стало от кончины Майи Гавриловны. Казалось, лишь она была лучиком света в тёмном царстве. Зато Васька жил и пьянствовал. Они встретились случайно по дороге из местного магазина. Сын тракториста, ставший таким же, как отец, даже не признал Аду.
«Значит, совсем теперь стала городской», - подумала Ада и взглянула на своё отражение в окне машины. – «А ещё и взрослой. Женщиной».
На поминках выяснилось, что у Ады много родственников, которые при жизни никогда не являлись. Знакомиться со всеми желания не было, да и зачем? Аделина чувствовала себя чужой и хотела поскорее уехать.