— Язычники вешают ярлыки теперь, но для меня она просто любимый ребенок.
— Мне это неинтересно. Ты знаешь, где Ярослав или нет? — Матвей явно терял терпение.
— Лес между мирами поглотил светлого аса. Проводника времени убил Блуд. Без проводника волка Тарх теперь слеп в Крае. Вытащить его оттуда сможет только мудрый ас через первую черную луну, если та вообще соблаговолит встать правильно. Тебе туда путь заказан. Про дочку Мары… говорят, она выбрала черную сторону. Ушла в Навь.
— Есть другой способ вытащить Ярослава?!
— Думай сам, парень, оно тебе надо? — Старик перевел мутнеющий взгляд на дочь. — Я пытался выстроить стену между Ладой и этим проклятым наследием. Как твоя мать пыталась огородить тебя. Но дети асов всегда втягиваются в эту мясорубку за Явь.
— Я не родной сын Ярослава, он отчим. А касательно луны, мама дала это задание. И никакой я не верующий в Христа, просто так получается само собой с браслетом. Ну… Не знаю даже как сказать.
Юпитер внимательно пригляделся и потом его осенило. Он понял, кто такой Матвей. Улыбка разрезала бледное лицо умирающего бога. Он бы точно заржал на всю комнату, только вот кашель не дал сделать этого в полной мере. Самое странное, что в данный момент так же смеялась и тень. Альтер эго гоготало из приоткрытой двери, но выходить в мозговую комнату пока не собирался. Они с Брихаспати словно издевались над Матвеем.
— Мне не о чем с тобой тогда говорить. Пойдем, Карина.
Девушка радостная поскакала к выходу.
— Как знаешь, — эхом повторил Юпитер ему в спину. — Передавай привет тени. Скажи своему второму, пусть перестанет трястись за дверью. Выходи, чего уставился из мозгового измерения? Боишься бледного мертвеца?
Матвей замер на пороге. По коже продрало льдом. Никто, кроме него, не слышал этих слов. Карина уже тянула ручку входной двери, Лада беззвучно сотрясалась в рыданиях над отцом.
— Папа! Обезболивающее? Хоть что-то! Дай мне сделать хоть что-то!
Юпитер покачал головой, глядя на слезы дочери.
— У твоей матери они были такими же. Когда она плакала… — Он осекся, переведя дух и бросил в след последние слова уходящим непрошенным гостям.
— Формирование нового пантеона идет полным ходом. Именно поэтому все асы при делах. Они бросили своих детей, увязнув в войне за право называться богами заново.
Брихаспати вдогонку добавил, что нет хороших и плохих. Все постоянно повторялось еще со времен творца Рода. Первый пантеон, второй и третий. Они слабее с каждым циклом, особенно на фоне новых других богов, более мощных, которые истребляли язычество под корень.
Сын Мары больше не слушал и первым вышел из квартиры. Он узнал, что хотел. Его сейчас лишь беспокоила трусость второго эго перед этим бледным уже почти мертвецом. Чего в Брихаспати такого и почему тень не захотел появиться в мозговом измерении? Да еще и этот недоприступ с мега знанием библии. Второе сознание сопровождало Матвея с самого детства, и, находясь долго без шизофренического эго, парень нервничал. Раньше таких заскоков у тени не наблюдалось, как и доступа за дверь.
Юпитер как смог повернул шею в сторону дочери.
— Светлый ас лег в одну постель с темным ради игры за власть. Блуд тоже хочет кусок пирога. Это политика мироздания. Тебя назвали в честь старшей из Рожениц. Многие считают тебя ее перерождением.
— Пап, ты за кого? За Навь или за Явь?
Брихаспати долго молчал, собирая остатки воздуха в пробитом легком.
— Я надеюсь, Древо Жизни падет нескоро. Семь грехов связаны с нами, дочка. Гордыня — это сияющая Явь. Алчность и зависть тех, кто дергает ниточки пантеона. Похоть… — он болезненно скривился. — Особенно похоть. Худший из них — Блуд.
Лада слушала, впитывая каждое слово диким, ненормальным для ребенка вниманием. Она просто тянула время, пытаясь заговорить смерть, стоящую в изголовье. Девочка задавала ранее похожие вопросы отцу и все понимала. Просто её любимый папа умирал. Она глубоко в душе надеялась, что, устроив длительный диалог на любую тему, получится отсрочить кончину. Можно сказать, заговорить зубы будущему покойнику.
Брихаспати продолжал вещать Ладе о том, что религий много в мире и клочок найдется даже древним асам. Более поздние боги вообще не считались со старыми. Им походу без разницы кто займет пантеон, и они уверены, скоро упадет почти высохшее древо жизни, остаток асов сгинет в хаосе, как все языческие храмы на земле. Великое оледенение уже было, Юпитер сам его видел. Пирамиды так же построили и все пророчества сбывались, осталось теперь нашествие серых.
— Очень жаль, что ты слышишь о таком, — прошептал отец, закрывая глаза. — Я не пошел за Новым лишь потому, что там правят рука об руку Мара и этот монстр. Но самое главное… я не хотел уходить от тебя.