Блуд щелкнул когтистыми пальцами. Карина вышла из-за спины демона, пошатываясь. Уставилась на Матвея. Слезы хлынули из ее глаз сплошным потоком, размывая тушь. Перед ней стоял тот самый человек, которого она пыталась вытащить из-под слоев жира, депрессии и защитного цинизма в последние дни. Человек, который прятался глубоко внутри сознания Матвея.
— Я так ждала… И верила… Губы девушки беззвучно шевелились, но сын Мары слышал каждое слово так четко, словно они звучали прямо в костях.
Глава 13 Р(А)? С1ψ1 в степени C2ψ2
Профессор Велес, дабы не сойти с ума в этом переплетении вероятностей и избежать путаницы, ввел сухие переменные. Весь этот метафизический сыр-бор с асами, рвущими ткань мироздания, сводился к двум уравнениям.
Матвей скуф C2ψ2, отягощенный вторым эгом – белой тенью C2ψ2 и Матвей качок C1ψ1, чье второе «я» звалось Мороком C1ψ1.
Те двое, что сейчас сидели в стерильном кабинете профессора, нервно теребя бахилы, были отмечены клеймом C2ψ2.
Велес знал, что их путь начался задолго до того, как скуф Матвей встретил Карину. Он начался в душной комнате, пропитанной запахом остывающего пластика и ночного пота.
Скуф Матвей C2ψ2 еще не подозревал, что этот вечер станет точкой невозврата. Он сидел за компом, вколачивая жирные пальцы в клики игровой клавиатуры. Брюхо нависало над ремнем, а от долгого сидения распухли колени. Выбраться из узкого, продавленного кресла казалось задачей сложнее, чем рейд на финального босса, поэтому оторваться от монитора не хотелось от слова совсем.
—Дерьмо! Черт! — Матвей C2ψ2 обхватил монитор двумя руками, словно пытаясь задушить светящийся экран. Игра летела в тартарары. Провал не заставил ждать фантомного звона в ушах и въедливого голоса второго эго.
Тень C2ψ2 моментально отреагировала на крики игромана.
— Тратишь остатки нейронов на ересь, так еще и в своей стихии — полный неудачник. Может, таблеток уже закинешь? Встать, водички сделать? Отвлечься, а, чемпион?
— Пошел ты знаешь куда!
Внутри черепушки с грохотом захлопнулась невидимая дверь. Альтер эго надулся, как мыльный пузырь, но это было ненадолго. Привычная, удушливая схема: Матвей спокоен снаружи, скуф знал — эта серая муть внутри всегда возвращается.
От липкой, звенящей скуки сын Мары полез в генератор случайных слов. Для него это было сродни картам таро — дешевая, но завораживающая форма гадания. Он пытался натянуть недавние события на выпавшие существительные, но со временем понимал, что лишь притягивает совпадения за уши, словно шарлатан с треснувшим хрустальным шаром.
Особенно остро это чувство липкого обмана накрыло его сегодня, в глухую ночь перед походом на крышу.
Механизм алгоритма щелкнул, выплевывая на экран три слова: Дина, информативность, цевьё. Информативность еще можно было всандалить в контекст жизни. Но Дина? Какое-то ветхозаветное имя. А цевьё — вообще глухой лес, деталь оружейного ложа. Ничего, абсолютно ничего не предвещало связи с такой выдачей. Матвей окончательно убедился, что его увлечение — чушь собачья. О, как же он тогда ошибался.
Огромные стрелки часов, криво приклеенные к обоям, отмеряли глухую ночь. Их тиканье отдавалось в ушных перепонках тяжелым свинцом. Скуф зевнул, с мучительным кряхтением выдирая тело из плена кресла, и побрел спать. Он просидел за монитором так долго, что уснул еще в полете к желтому дивану, не дожидаясь, пока голова коснется подушки.
Профессор Велес перевел взгляд на вторую переменную C1ψ1.
* * *
— Люблю тебя… — Карина, порозовев до корней волос, ждала реакции.
После долгого, давящего молчания и вызывающего взгляда парня, качок Матвей C1ψ1 так и не дал ответа. Он молча тягал гантели, и капли пота падали на дешевый ламинат.
— И чего? А мне сказать? — Карина не отставала, ее голос звенел от обиды.
— Ну что глупости спрашиваешь? А то и так непонятно, — парень с глухим стуком положил железо на пол и начал разматывать напульсники.
— Ну Матвей! — девушка, тяжело дыша, лежала на краю желтого дивана. Ее живот уже заметно округлился, а брови сошлись на переносице.
— Да люблю, люблю. Отвяжись.
— Если будет девочка, как назовем?
Парень начал приседать, вытянув руки с гантелями вперед, демонстративно игнорируя ее тяжелое дыхание.
— Матвей?!
— Дина.
— Необычное имя… — девушка задумчиво коснулась своего живота. — Оно что-то значит?
— Да, в Ветхом завете встречалось.
— Ну я не удивлена, что ты его выбрал. А если мальчик?
— Адам.
— А чего девочку тогда не Ева? Я не могу предложить свои варианты? Так-то мне рожать, если че.