Выбрать главу

На оставленные деньги тем же вечером в ближайшем супермаркете были закуплены самые лучшие продукты, а в аптеке, расположенной там же – несколько дорогущих баночек со специальными витаминами для беременных. Там же, в аптеке, продавались такие красивые бутылочки, погремушки, соски для детей, что их сразу же захотелось купить тоже. Жаль, деньги кончились слишком быстро. Ну, ничего, подумала будущая Катькина мать, скоро он раскается, на коленях приползет обратно просить прощения и тогда уж в качестве презента она заставит скупить его не только эти несколько понравившихся безделушек, но, как минимум, половину детского магазина. На всяких случай. Чтобы было. Вдруг пригодится?

Но шли дни, а вмести с ними таяли и надежда на будущее, и самоуверенный оптимизм, и даже собственные (не особо большие, кстати сказать) сбережения. Возлюбленный так и не появился – ни на крыльях любви, ни на машине, ни просто пешком. Его мобильный был все время «вне зоны действия», домашнего телефона она, как оказалось, отчего-то не знала, а на работе бесстрастная секретарша после просьбы представиться отвечала, что он «уехал в длительную командировку на Сахалин», при этом ссылалась на какую-то неведомую «производственную необходимость». При этом «производственная необходимость» оставалась каждый раз неизменной, а вот города варьировали. Получалось, что ее любимый, как заправский артист-гастролер, отправился в настоящее турне по стране: Сахалин – Магадан – Воркута– Новосибирск – Омск – Волгоград – Екатеринбург– Чита– опять Сахалин. На этом месте до Катькиной матери, наконец-то дошло, что ни один нормальный бизнесмен не может так долго отсутствовать на собственной фирме. В следующий раз она уже звонила, прикрыв трубку платком – на случай, если секретарша запомнила голос. Правильно сделала, потому что секретарша была хорошей, голос ее слышала часто и даже не запомнила – прекрасно знала. Попросила соединить, сославшись на то, что она их возможный будущий клиент и желает переговорить лично с начальством. Поругалась, когда ей предложили пообщаться с одним из менеджеров. Пригрозила уйти с крупным заказом к конкурентам. Потребовала назвать имя, фамилию того, кто с ней разговаривал. Пообещала нажаловаться руководству. Только после этого ее соединили с генеральным директором. Как и предполагалось, он не был ни на Сахалине, ни в Воркуте, ни где-то еще. Все его путешествия были виртуальными и совершались даже не им, а его секретаршей, тщательно отмечавшей в блокнотике, куда он полетел в этот раз и только с Сахалином допустившей промах.

Зря они с Катькой за него переживали. Он не терпел неудобства бесконечных перелетов и убогость провинциальных отелей, не страдал от некачественной привокзальной еды и не воевал с персоналом гостиниц. Ему всегда было тепло, сыто и уютно. Вдруг вспомнилось, что за все три года они ни разу не встречали вместе ни одного праздника, потому что всегда либо находились какие-то срочные дела, либо ему нужно было ехать к родителям, которые, как объяснял он, были слишком строгих правил и поэтому могли принять ее только после того, как они подадут заявление в ЗАГС. Против последнего Катькина мать, по понятным причинам, ничего против не имела, но и для этого у ее любимого постоянно находилась куча отговорок то, что они «недостаточно хорошо знают друг друга» или «я уже был неудачно женат, и теперь просто боюсь». Только после того, как возлюбленный окончательно где-то исчез, становились весьма странными и его достаточно частые поездки в длительные командировки (тот же Сахалин-Воркута, дальше по списку), так часто приходящиеся на выходные, и практически постоянные отказы остаться переночевать у нее, и нежелание давать свой домашний телефон. Разозлившись, довольно мягкосердечная по своей природе будущая мать решила все-таки разобраться в сложившейся ситуации.

Проблема была в том, где его искать. Мобильный не отвечал, домашнего телефона она не знала, а на работе ей ответили, что он уволился. Соврали, наверное. Она, наученная горьким опытом про Сахалин-Воркуту – и дальше по списку, сама пошла в офис. Зря пошла, потому что ничего кроме грубых угроз охраны не услышала. И только сердобольная уборщица попросила ее не мучаться и не позориться, потому что «главный» все равно в офисе появляться перестал.

Помог, как всегда, случай. Перебирала листы старой записной книжки. Бесцельно. Просто так. Взгляд случайно зацепился за почти выцветшую запись. Лешка, одноклассник. Когда-то сидели за одной партой и он, кажется, даже был влюблен в нее. В скобочках приписка – работает в ГАИ. Удача, потому что единственное, что она знала о своем возлюбленном совершенно точно – это номер машины. У нее вообще была прекрасная память на цифры. Может быть, автомобиль зарегистрирован на него. Возможно, он еще не успел его сменить. А вдруг повезет?

Лешка очень обрадовался ее звонку. Обсудили важные жизненные темы – кто как устроился, кто кем работает, какое семейное положение и когда будет встреча выпускников. Договорились встретиться. И только после этого она абсолютно ненавязчиво поинтересовалась, нельзя ли, мол, узнать, адрес владельца по номеру его машины. Ну, потому что просто интересно. Чистое любопытство и ничего более. А тут как раз один гад ее обрызгал водой. Испортил новый плащ, кстати, очень дорогой и любимый. Может быть, удастся стребовать компенсацию? Да, конечно, шанс очень мал. И свидетелей нет, не догадалась записать телефоны прохожих. А вдруг повезет и человек просто окажется совестливым? Нет, судя по марке машины, деньги у него водятся, а новый плащ ей, кстати, совсем не помешает. Но может и не повезти.

Радостный Лешка обещал перезвонить через полчаса.

Позвонил быстрее. Уже через десять минут на маленьком туалетном столике лежал лист с наскоро накарябанными названием улицы, номером дома и квартиры. А под ним – такие знакомые имя и фамилия.

С Лешкой прощалась невпопад. Пока… Пиши, то есть звони… Да, давай встретимся… Прости, у меня очень сильно разболелась голова. Наверное, это погода… Иногда так бывает… Врачи говорят, что мигрень и ничем не лечат… У каждого свои недостатки… Пока… Звони… Приезжай.

Гудки.

Наверное, надо положить трубку. Вспомнить бы только, зачем. На улице – поздний вечер, и ветер, и дождь, как из ведра. Наверное, посетить любимого следует не в этот, в следующий раз.

Утро вечера мудренее.

Новый день встретил будущую мать мелким противным осенним дождем. Плотно укутавшись в плащ, вышла из подъезда. С пятой попытки завела свою маленькую «шкоду» и, в последний раз сверившись с картой, отправилась на поиски своей любви.

Улицу нашла быстро, а вот с домом пришлось повозиться. По общеизвестной российской традиции дома располагались таким образом, что найти их самостоятельно, не являясь коренным жителем микрорайона, было, конечно, можно, но с такой же вероятностью, как, например, выиграть в лотерею, встретить инопланетянина или собственноручно отловить Лох-несское чудовище. Вволю поплутав между однотипных серых коробок домов, будущая мать остановилась перед довольно ухоженным подъездом одной из многоэтажек. Остановилась, да так и осталась стоять, потому что последнее, что можно было сказать об этом доме – это назвать его гостеприимным. Одна железная дверь чего стоила. Отчего-то сразу вспоминались сказки о древних рыцарях, пытающихся штурмовать неприступные крепости. Жаль, она не рыцарь, впрочем, хорошо, что и не древний. Пришлось идти на хитрость. Сделав вид, что она всю жизнь интересовалась объявлениями типа «Куплю квартиру в этом доме. Дорого и быстро» и «Работа от 10 000 долларов всем желающим. Наличие прописки, образования и опыта необязательно», решила подождать, пока кто-нибудь из жильцов будет выходить на работу или возвращаться домой. Прочитав последнее объявление, про огромную зарплату всем желающим, удивленно хмыкнула, отметив про себя, что к перечисленному списку работодатели забыли дописать одну очень важную деталь – ума. Наличие ума – не только необязательно, оно, похоже, было совсем даже нежелательно.