Разумеется, маги не патрулировали территорию в одиночку. Рядом с каждым оставалось по четыре воина: двое Оматикайя и двое Оланги. Шесть отрядов периодически перемещались вслед за основной группой охотников, загонявших стадо талиоангов, и проверяли местность на предмет угрозы. В случае обнаружения оной, договорились использовать трещотки и посланников: дрессированных рити или же наездников на икранах.
В основном, в охоте принимали участие наиболее опытные представители обоих Кланов. Молодняк по большей части оставили в деревне Оматикайя.
— Ничего? — осведомился Тсу’тей, приземляя икрана.
«Я больше никого не потеряю. Никого не отдам ленай’га. Это то, что я должен делать».
Лин помотала головой, отрицая.
— Не жалеешь? — она была не против, пропустить так называемое веселье. А молодой охотник?
— Я там, где должен быть, — уверенно стоял на своем Тсу’тей. Его зверь — Т’ур приподнялся, расправив широкие крылья, и согласным визгом подтвердил полную правоту наездника.
«А ты вырос».
Лин представляла, что значило для лучшего воина и охотника Клана пропускать Большую Охоту.
«И все же ты предпочел защиту других».
Бейфонг не забывала про погибших ранее. Не только Наалота и Икалу. Разумеется, Тсу’тей повесил каждую смерть на себя.
«Когда-нибудь, ты научишься не брать на себя слишком много. Ты сможешь быть хорошим вождем».
Соседнее дерево было потревожено. Листва полетела вниз. Напуганные птицы покинули ветви. Зато нарушитель спокойствия остался. Он с ожиданием пялился на Бейфонг и повизгивал.
Лин стукнула себя ладонью по лбу.
«Только тебя тут не хватало».
— Я занята, Санг, — даже смотря на икрана сверху-вниз, Бейфонг сохраняла свой приказной тон.
Зверь непонимающе повернул морду набок.
Лин услышала сдавленный смех Тсу’тея.
«Беру свои слова обратно. Ты все такой же гаденыш!»
Пришлось накормить Санга и по связи еще раз передать указания. Судя по обратной реакции, Лин отделалась ненадолго: зверь прислал ощущение напряженного ожидания.
«Час от часу не легче».
Лин проверила местность снова, впечатав стопу в землю.
«Они уходят».
— Перемещаемся! — скомандовала она и помчалась вслед за отдалявшейся вибрацией. Бейфонг была единственным пешим воином отряда, однако ее маневренность и мобильность благодаря дару и густой растительности древесного типа практически не снижались. Плюс, отряд ориентировался на нее, как на единственного, кто знал верное направление.
Все было относительно тихо.
«Даже ленай’га не настолько идиоты, чтобы кидаться под копыта стада быков и па’ли».
Вероятно, Лин была щепетильна излишне, но она предпочла быть параноиком, нежели терять попусту людей.
«Людей? А кого еще? Кем я могу их считать?»
***
Прыжок сменяла пробежка, за ней следовал новый толчок от земли, и дальше путь лежал по узким наземным тропам, Лин видела спины животных, чаши растений.
«Если что-то здесь прекрасно, так это виды».
На охотников, гнавших добычу, охотилась сама Лин. В ней проснулась эйфория от погони. Требовалась максимальная сосредоточенность. Бейфонг полностью погрузилась в ощущения окружающего мира, оставляя лишь толику внимания потоку препятствий на ее пути.
«Доверяй телу», — говорил ей Тсу’тей, когда сумел оставить предрассудки. И Лин доверяла. Правда, рука все еще болела благодаря тупоголовости одного конкретного Сноходца, но Бейфонг не сочла эту причину стоящей того, чтобы оставаться в деревне.
Маг земли преодолела природный древесный мосток, соединявший края двух обрывов, когда почувствовала чье-то приближение.
Но не ленай’га решили нагрянуть в гости, а ангцики!
— В сторону! — проголосила Лин и, укоренившись, вырвала под собой столб, отбросивший ее прочь с пути стада — наверх.
Сотворенную магией колонну буквально разнесла в пыль живая пестрая «лавина».
Прижавшись телом к коре, Бейфонг животом и конечностями ощущала вибрацию. Могучие звери сотрясали твердь, прокладывая себе путь в узких джунглях.
— Какого Коха?! — Лин заметила на спине одного ангцика Уокзау. На’ви повисла поперек панциря и пыталась дотянуться до связующего отростка.
«Глупая девчонка! Она убьётся».
Лин влезла повыше, на сук.
— Лин, что там? — Тсу’тей слышал крик и вместе с другим наездником на икране вновь объявился, чтобы убедиться, что все живы.
— Вы трое, — ткнула Лин в подоспевших всадников на па’ли и соплеменника Тсу’тея, — держитесь ближе к охотящимся.
Правильное направление было указано, воины не спорили.
— Снижайся, Тсу’тей! Нужна помощь.
«Она ранена?»
— Что делать? — опасливо поинтересовался На’ви.
«Увидишь!»
Лин сиганула на спину икрана. Т’ур не был рад дополнительному весу.
— С ума сошла?! — еле выправил их положение воин.
«Давно и бесповоротно, парень».
— Уокзау на спине ангцика, — Лин показала, куда лететь.
Прорычав ругательство, Тсу’тей твердой рукой отправил икрана в погоню.
— Держись за меня!
Лин не требовалось повторять дважды, она вцепилась в его боевой пояс.
Стадо настигли быстро. Однако Уокзау не обнаружилась ни на одном звере.
— Упала? — предположила Лин.
— Ангцик отбился! — охотник оказался более зорким и взял крутой вираж, чтобы нагнать ангцика, свернувшего в сторону. — Держись!
«Не падай, Лин. Мне некогда тебя подбирать!»
Икрану пришлось попетлять, чтобы приблизиться к зверю, на спине которого была Уокзау. Девчонка явно обладала талантом к созданию проблем на пустом месте.
Даром, что она была хороша в охоте.
План Тсу’тея был прост:
— Прыгаем. Нужно стащить ее
— Подлети ближе.
Крона «текла» перед глазами зеленой бурной рекой. Иногда из-под нее словно плавник Унаги «выныривал» горб быка.
— Давай! — заорал воин.
Лин проклинала на все лады глупую девку. Приземление Бейфонг было более или менее удачным, если не считать отбитых голеней и оцарапанных боков. Она повисла рядом со средней парой ног, держась за выросты на спине зверя. Опора была ужасной!
«Мне срочно нужен металл для полноценного доспеха!»
Тсу’тею повезло больше: он упал ровно на спину зверя и цеплялся за панцирь.
Прыжок был совершен вовремя: дальше растительность была гуще, а значит у спасателей не оставалось других шансов стащить девушку.
— Уокзау! Оставь его и прыгай! — напрягала голосовые связки Лин.
Ваатова девка смеялась!
«Тебе ВЕСЕЛО?!»
— Я смогу!
Лин зарычала от злости и едва увернулась от крошева, в которое ангкцик превратил молодое деревце. Поминая «добрым» словом Сноходцев, Бейфонг отчаянно сползала вниз. В попытке удержаться Лин резко вонзила наспех сделанную скобу в панцирь. Ангцик взревел!
«Кохова тварь! Не дай Раава ты, сбросишь меня!»
Тсу’тей схватил Лин за предплечье, помогая подтянуться выше. Зверь попытался избавиться от мага земли, прочесав боком дерево, но Лин оказалась проворнее. Как гр*баный клещ, которых у шестиногого должно быть немало, она отказывалась покидать ангцика.
— Лин! — Тсу’тею удалось выдернуть ее на спину. — Нужно помочь Уокзау создать связь.
«Издеваешься?»
Маг земли попыталась обвить ближайшее щупальце тросом, но потерпела неудачу. После еще двух провальных попыток, Бейфонг надоело хлестать ангцика по бокам.
— Давай ты! А я заторможу его!
Тсу’тей согласился и, с трудом разминувшись с Лин, пополз вперед. Бейфонг обмотала одним концом троса левую половину «молота» и попыталась зацепить второй за что-то массивное, однако успеха не достигла: ветви ломались, кора трещала, напуганные до смерти съяксьюки скакали по головам Лин, Тсу’тея, по широкой морде ангцика.
Охотник опасно повис около головы зверя и ухватился за щуп.
— Уокзау, тянись!
Трос с куском огромной ветки на буксире прочно застрял в развилке дерева.
Уокзау свесилась, рискуя кувыркнуться и помереть под копытами агнцика.