«Докатилась. Какой-то мальчишка подтирает тебе сопли! Еще заплачь, Бейфонг. Королева театра!»
— Спасибо, — Лин мягко отстранилась. Радости не было, но и отчаяние решило пока заползти обратно в свой темный угол.
Бейфонг повернулась к Лауну и Уэу: первая осматривала повреждения второй. Секунды спустя к осмотру присоединился и Хийик.
— Жить будешь, — подзатыльник от лекаря заставил раненую На’ви поморщиться.
— Я училась врачевать и без тебя знаю!
— Уэу, — привлекла внимание Лин, — я прошу у тебя прощения. Я не должна была взрываться и… — Лин боялась, что если не произнесет этого сейчас, потом уже никогда не найдет в себе сил. Извинения все еще не были ее сильной стороной. Хотелось сбежать, поджав хвост. Но жалеть себя маг земли не собиралась.
Настороженность все еще не ушла с лица Уэу. Но она приняла извинения и добавила:
— Я тоже виновата, — опираясь на Лауну, женщина поднялась. — Неважно, что я думаю. Моя задача обучаться и приносить пользу свому новому Оло’эйктану, а не злить тебя. Ты тоже прости меня, Лин. Спасай свою Грейс…
— Не моя она, — отрезала Бейфонг.
— И других, не умеющих сражаться. Только пусть уйдут, — Уэу говорила на удивление спокойно, учитывая произошедшее.
«Мир все же съехал с катушек».
***
— Валим-валим-валим! — повторял словно мантру Джейк. Пасть огромной х*ри чуть не захлопнулась на хвосте его банши. Да отвлекать тварь от икрана Нейтири таким способом было д*рьмовой идеей! Но кто виноват, что на стрелы этот крылатый заср*нец не реагировал?!
Только Джейку разрешили охотиться самостоятельно! Только Меканеи перестал слоняться за ними! И бл*ть появилось вот это!
— Давай за мной! — крикнул напарнице Салли и ушел в пике, заметив брешь в кроне леса.
Красный монстр рухнул вслед за ними и просто перекусывал все, что мог, прокладывая себе путь!
«Вот с*чара! Нужно меньше места».
Джейку и Нейтири приходилось вилять. Они не могли разогнаться на полную, опасаясь врезаться во что-нибудь. Солдат лихорадочно отряхивал с себя неожиданных мелких попутчиков. В лицо наездникам летела листва, паутина и бог знает что еще.
«Это пойдет. Давай туда».
— За мной! — повторил Джейк, направляя зверя в узкий проем между занавесом из лиан.
Пришлось вжаться в банши, когда он лег на крыло, чтобы проскользнуть. Салли хватило опыта и сил, чтобы не свалиться. Только услышав разъяренный рев, морпех на секунду развернулся.
«Отстал».
Не испытывая удачу на прочность Таронью преодолели еще несколько сотен метров, прежде чем банши зацепились за ствол дерева.
Нейтири смотрела на Джейка, он на нее. Молчание затягивалось. Лес потихоньку вновь заполнялся звуками. Кажется, мелкое зверье поняло, что опасность миновала. Нейтири смешно растопырила уши и вылупила глаза.
Салли не сдержался и заржал. Девушка присоединилась к нему, откинув голову назад и задыхаясь от смеха. Они были живы. Остальное значения не имело.
— Что… Что это было? — пытался произнести слова нормально Джейк.
— Торук!
— Торук?
— Торук, — кивнула Нейтири. — Вернемся в деревню, покажу.
— Торука?! — охр*нел Салли.
— Увидишь, — улыбнулась Нейтири и кличем приказала икрану лететь.
«И правда, нельзя возвращаться с пустыми руками».
***
Лин рисовала очередное послание на земле. Время от времени она писала письма домой. Письма, которые никто не получит, никто не сумеет прочесть. Знаки родного языка казались пустыми. Бейфонг нарочно выводила их пальцами, не применяя магию.
«Су, мама, вы даже не представляете, во что я ввязалась. Какая же я — дура!»
Она даже Корре писала. И Мако.
«Просто схожу с ума потихоньку».
Не дописав, Бейфонг резко смахнула иероглифы при помощи магии.
«Скоро все закончится. Либо я умру, либо отправлюсь домой».
— Снова? — присел на корточки Тсулфэту.
— Имеешь что-то против? — с вызовом ответила Лин.
— Кто я такой, чтобы останавливать тебя, — усмехнулся старик.
— Друг? — пожала плечами Бейфонг.
— Хорошо, если так.
— Я напала на Уэу, — неожиданно призналась Лин, начиная новое письмо.
«Все равно он не прочтет».
— Она добивалась смерти, — с сожалением произнес Тсулфэту, отходя к небольшому холму позади.
Не похоже, чтобы новость его удивила, однако он не мог узнать что-либо от Хийика или Лауну, которым Лин запретила распространяться. Уэу также не стала бы говорить о собственном позоре. Только если Тсулфэту не встретился с раненой лично и не сделал собственных предположений.
— Нет, я ни о чем не знаю.
«Не лжет».
— Нам помешали, — добавила Лин, отходя дальше и продолжая выводить закорючки.
— Ты жалеешь? — посмотрел на затылок женщины старик.
— Я… — пальцы Бейфонг застыли, не закончив слово. — Я не знаю, кто я… — слова вырвались раньше, чем маг земли осознала.
«Коховы клешни!»
— Забудь!
— Не только у тебя была прошлая жизнь, — покачал головой Тсулфэту.
Лин проигнорировала его.
— Когда-то… меня звали Сшрэ, — продолжал На’ви.
«Клык?»
— Я не знал своих родителей. Меня отдали ради обновления крови в другой Клан. Все, что я знаю, так это то, что одному из моих родителей принадлежал Клык, — Тсулфэту выудил из одного кармана подвеску. Клык нантанга. Обломанный у острия. Большой палец старика ощупал место скола.
— Ты их, конечно же, не нашел, — повернулась Лин, стерев последнее письмо.
— Не пытался. Амхул, который был Оло’эйктаном еще до Тсаро — отца Сей’лана, унес эту тайну к Эйве.
«А я-то мучилась, что отца не знаю!»
— Не жалеешь?
— Нет. Все идет так, как оно должно быть. У меня была семья здесь. Когда я стал достаточно взрослым, мне рассказали. Было больно, но еще больнее другое, — Тсулфэту положил клык рядом с собой и достал деревяшку и продолжил начатое неизвестно когда дело. — Мое предназначение — новая кровь… Я не смог его выполнить.
— Таутутэ?
— Нет. Как это не странно, Охак Утрал, — старик говорил тихо, будто бубнил себе под нос.
Но Лин на слух никогда не жаловалась. Она прекрасно разбирала слова. Подумав, маг земли присела на тот же холм, созерцая в кои-то веки спокойный пейзаж.
«Надолго ли».
— Мы с Атан решили больше не пытаться, — стряхнул стружку Тсулфэту. — Первая трещина появилась тогда. А потом чужаки… И снова испытания. Снова боль. Тогда… — он замолчал, не окончив фразу.
«Тогда ты сломался полностью».
— А клык? — намекала на скол Лин.
— С ним… вышла глупая история, — пожал плечами старик. — Я упал грудью на камень.
— Почему «мастер»?
— Почему нет? Когда не осталось больше ничего, — посмотрел на нее старик. Он не был грустен, он был до ужаса спокоен, говоря это.
Лин не отводила взгляд, но в такие моменты хотелось быть слепой.
— Я все еще собираюсь вернуться.
— Выбирая свой путь, ты выбираешь, кем тебе быть, — Тсулфэту положил рядом со сломанным клыком такой же, только целый и деревянный. После этого На’ви встал и не торопясь покинул Лин.
***
Не было более эффективного способа для медитации, чем механическое тыканье вилкой в массу, которую по ошибке называли едой.
— Эй, Норм! — обратился Салли к ученому, вспомнив, что он был в блоке не один.
— Что? — оторвался от экрана компьютера Спеллман. Его достало дописывать недельный отчет.
— Как понять, что девушка… у На’ви… свободна и ты ей нравишься?
Джейку не хотелось бы накосячить и оскорбить Нейтири. Вроде как, она была не против совместных полетов и легко поддерживала контакт с Салли. Но, вроде как, оставался Тсу’тей?
«Джентельмен гр*баный!»
Норм кинул Джейку учебник, сказал примерную страницу и, пока морпех шелестел страницами, продолжил:
— В общем-то, ритуалы ухаживания у них не однозначные. Но, как правило, На’ви не скрывают симпатии. Бывают подарки. Есть такой фрукт утумайту. Его вручают тому, кто нравится, потом он или она возвращает. Есть самодельные украшения. При чем не важно, кто из партнеров будет это делать. Ну а брак? Мы точно не знаем, они не говорят. Никто до тебя в клане не жил. Так что извини, — пожал плечами Норм. — Может быть, ты как раз и узнаешь. Обычно таких проблем не возникает. В Клане все знают, кто и чей мунтъатан или мунтъатэ.