«На работу отряда нужно подробно посмотреть. Если успею».
Полнейшему идиоту было понятно, что операция по сбору разведданных уверенными шагами шла нах*р.
«Как собирать информацию о месте, в котором тебя нет?! Слышала бы меня Док, ляпнула бы какую-нибудь хр*нь в стиле «используй голову не только для того чтобы жрать и ругаться». Только вот они со своими УМАМИ до моего приезда сидели и сделать ни черта не могли! Советчики гребаные!»
***
Хотел ли он снова видеть ее? Ту, которая смогла сделать то, что точно не удастся Жейку’сулли — заставить воина изменить свое мнение.
Нет, он не желал с ней сталкиваться. Их судьбы более не были связаны.
Близ колонны Дерева-Дома Тсу’тей заметил еще одного незнакомца. Воин на миг признал в нем отца. Лишь на миг. Игра света и ничего больше.
«Дурак! Его нет. И не может быть здесь».
Когда туман перед глазами рассеялся, стало ясно: этот На’ви не был похож на Атейо. Но одеяния и цвин выдавали в нем представителя того же племени.
Слелетауми.Они были частью Тсу’тея, и одновременно не были. В нем текла кровь Плавающих в Небе. Но дух принадлежал Голубой Флейте.
«И сделать с этим нечего».
Он думал, что когда-нибудь отправится на родину отца. Но… воин был нужен здесь и сейчас. Даже если ему придется погибнуть, так и не увидев далеких краев. Он для себя решил. Давно.
И вдруг явился соплеменник отца.
За’о, заметив внимание в свою сторону, решил подойти первым. Неясно как, но, ткнув пальцем в небо, странник совершенно точно угадал:
— Думал, ее наставник будет постарше.
Тсу’тей удивился осведомленности, коей обладал незнакомец.
«Лин сама не сказала бы. Тогда как?»
— Разочарован? — проронил охотник.
— Наоборот, все стало яснее, — дружелюбная улыбка выползла на лицо странника.
«Только не мне».
— Ты за ней смотришь?
— Много знаешь, но не твое это дело, неоперившийся, — на миг очи За’о заполнились не свойственным его характеру холодом.
Да что это наглец понимал?!
— А это не твоя вещь, — охотник попытался выдернуть лук, который Лин так и не сменила, из чужих рук.
— Но и не твоя.
— Я участвовал в его создании. А ты какое отношение имеешь к его союзнику? Она причастна к твоему Гнезду? Или вы с Лин уже разделили полет?
Вопрос тут же отрезвил За’о. Странник отпустил оружие, уступив.
— Надеешься на что-то? — вернули укол охотнику.
«Я надеюсь?! С Лин?! Палулукан и тот приятней!»
— Нет. У меня есть нареченная.
— Раз так, надеюсь, ваша связь будет крепкой и долгой. Кто из твоих родных видел Небо? — сменил тему За’о.
— Отец.
Желания отвечать не было. Но стоящей причины отказывать, также не существовало.
— Атейо? — предположил странник.
— Знал его? — излишняя догадливость незнакомца раздражала Тсу’тея. Как ни странно, она же заставляла спрашивать еще и еще…
— Небо только кажется просторным. По тебе сразу видно, из чьего ты Гнезда.
Эта манера речи. Она несла в себе слишком много. Радостных воспоминаний. И едкой горечи.
Их краткий разговор пресекла Мо’ат — ей требовалась помощь.
«Когда боль берет контроль над телом, лишних рук не бывает».
Тсу’тею не дали держать Лин — отправили к его ровеснику из Таунрэ’сьюланг. А вот подозрительному иноземцу — Лин очень даже доверили.
«Без разницы».
Смотреть на старую знакомую было в какой-то мере интересно.
Она перестала казаться чужеродным существом. Стала местным, правда, с особенностями.
«Лин не похожа на Жейка’сулли. Нет. Он — Небесный Человек в фальшивом теле. Она — родом из других мест, но является одной из нас. Не лучшей. Но является. Не похожи. Ничуть».
Несмотря на свое первоначальное непринятие Лин, Тсу’тей и близко не ставил ее вровень с Жейком’сулли. Лин охотник не доверял, опасался, уважал. Идиота — презирал. Даже ненависти этот дурак не был достоин. Только раздражал своим присутствием рядом с Нейтири. Как надоедливое насекомое.
«У него нет ни чести. Ни ума. Ни способностей. Пуст. И в разуме дыра, из-за которой там ничего не задерживается. Все, что может этот глупец — пялится на чужую пару! И раздавить его тоже нельзя. Зачем он Эйве?»
Когда Мо’ат выпроваживала помощников из пещеры, взгляд Тсу’тея вновь невольно остановился на Лин. Она дышала ровно, находясь под действием нескольких снадобий. Лук воин оставил неподалеку.
«Не выбросила. Не потеряла. Сменить не удосужилась. В ее духе».
Вещей у Лин заметно прибавилось:
пояс из семян, напоминавших зубы, коричневые штанины из кожи, сине-зеленая накидка на грудь и плечи, колчан для стрел, нагрудник из металла. Ремень с ножнами и клинок Тсу’тею были знакомы.
Мо’ат повесила все перечисленное на снокфьян, крепившуюся к потолку из корней. Обрабатывая раны Лин, Цахик сокрушалась о том, сколько всего маг земли на себя нацепила. Причем с помощью дара, потому просто отодрать браслеты с конечностей и нить с шеи не получалось. Благо под ними ран не было. Но и хорошего тут Мо’ат ничего не видела. Неизвестно, что Лин могла выкинуть с оружием в руках. Тсу’тей четко помнил, во что ему обходились дежурства при перерождении Лин.
В нагруднике виднелась дыра. Не как от сока тъумтсеулл. Кто или что ее проделал, было неясно.
«Толстая шкура не может уберечь от всего».
Тсу’тей снова с подозрением смотрел на За’о, имя которого услышал из уст Мо’ат. Подозрительный странник стал для Лин смотрящим. Вот и ответ. Пара? Общий полет? Это вряд ли. Скорее всего, пара у За’о осталась в поселении. А Лин? Просто интерес. Как к возможному члену Клана.
«Она знает? Ее проблемы».
Вряд ли За’о собирался вредить, дабы посмотреть, что выйдет в итоге. Хотя отец о подобном Тсу’тею рассказывал. В какой-то мере жестокий и рискованный шаг был оправдан, ведь Слелетауми отбирали тех, кто был достоин присоединиться к Клану. Если везло, то из путешествия возвращались уже двое. Но могло случиться и так, как с Атейо.
Тсу’тей не сомневался, что скоро увидит и еще один вариант развития событий: Лин собиралась вернуться в свой мир, где бы он ни был, а значит, при любом раскладе должна была отказать За’о. Вопрос в том, как За’о ответит. И понимает ли Лин, что именно ей предложат? Если конечно доживет.
А имела ли она понятие о том, что уже произошло? Ведь среди ее вещей была маска наездника на икране. Сделать ее самостоятельно Лин не могла. Получалось, что приняла от За’о. Который имел право и не объяснять ничего. Например того, что она выразила согласие на испытания.
«Предупредить ее? Что я теряю? Повожу этого наглого за иглу в носу. Посмотрим, кто тут не оперился!»
Тсу’тей предчувствовал, что зрелище в любом случае будет запоминающимся.
***
— Гости, значит?.. — задумчиво повторила Грейс.
Несмотря на довольно продолжительный срок, проведенный на Пандоре, ученое сообщество впервые могло наблюдать контакт двух Кланов вживую… Благодаря Салли… Чего вслух Огустин признавать не собиралась.
Сложность заключалась в отношении данных На’ви к солдату.
«Вот и проблема непрофессионализма. Был бы на его месте кто поумнее, справился. Если нет, могли дать верные инструкции. А этому? Советуй, не советуй — все равно вляпается в какое-нибудь д*рьмо. Даже самое маловероятное. Талант».
Задача усложнялась и тем, что знакомить морпеха с иноземцами никто не собирался. Более того, основная миссия катилась под откос — Джейка держали практически вне деревни несколько суток. Его продолжали обучать. Но по минимуму пускали в поселение. Грубо говоря, на сон и ужин.
На вопрос «Еакого черта собачьего Салли успел натворить, чтобы разозлить На’ви» последний решительно заявил: «Ничего не сделал. Рожа моя им не понравилась. Чуют ж*пой, что не свой».
Грейс не могла не согласиться. Но ей требовалось объяснение феномена. Вряд ли мнение На’ви основывалось на одном только внешнем виде аватара. По отчетам, морпех с первых суток щеголял в набедренной повязке. В анатомическом плане кардинальных расхождений не было. «Полидактилия» не в счет.