Михаил был благодарен жене за понимание и за то, что она простила его матери все подстроенные когда-то ей козни. Переезд состоялся накануне выписки Анастасии Афанасьевны из больницы. По словам врачей, состояние было стабильным, и если бы не её упрямство, Анастасия Афанасьевна снова могла бы встать на ноги. Она объявила бойкот всему ухаживающему за ней медперсоналу. Медсестры и сиделки менялись по два раза за неделю. Таня наблюдала это со стороны и не вмешивалась, пока её муж воевал со своей своевольной матерью. Но его терпение тоже лопнуло.
- Опять ничего не съела. Мне всё это надоело! – Михаил хлопнул дверью в комнату, где лежала его мать, и вышел на веранду.
Таня вошла к свекрови в комнату. Та, с потухшими глазами, исхудавшая от голода, лежала и смотрела в потолок.
- Анастасия Афанасьевна, - обратилась к ней девушка, присев на её кровать, - я знаю, что вы меня недолюбливаете. Знаю, что хотели разлучить нас с Мишей. Но вы ведь так и не исполнили задуманное? – Таня знала, что свекровь её слышит, и потому, сделав паузу, продолжила. – В восемнадцать лет я встретила человека, за которого собиралась выйти замуж. Я его очень любила, а он оказался простым аферистом. Накануне свадьбы он исчез вместе с нашими деньгами. Мне тоже не хотелось жить. Он сломал меня. Но я не могла подвести своих родителей – я у них одна опора. Теперь и отца не стало. – Таня взглянула в бездушные глаза свекрови. - Вы правы, я выходила замуж за Михаила не по любви. В то время мне было всё равно, что со мной происходит, - она помедлила и, вздохнув, продолжила, - знаете, я вам очень благодарна. За то, что вы всё время меня теребили, всё время искали повод меня на чём-нибудь подцепить, чем-нибудь уколоть. Если бы не вы, я, наверное, до сих пор жила бы в своём мире и не поняла бы, что любовь бывает разной. Миша меня отогрел, а вы привели меня в чувство, ведь жизнь не стоит на месте. – Женщина как мумия ни разу не пошевелилась. – И ещё…, - Таня встала вполоборота, - хочу вам сказать, что нашему с Мишей сыну будут нужны две бабушки, - свекровь продолжала смотреть в одну точку. Таня вздохнула с сожалением. - Ну что ж, значит, вы предпочитаете отдать своё право быть нянькой другим, - и ушла.
Михаил сидел в кресле, сжав голову руками, в коридоре роддома перед родовой палатой. Схватки начались в срок. Татьяна наотрез отказалась от совместных родов, хотя он в разрез с мнением жены присутствовал на всех занятиях для молодых родителей. Он не единожды пытался войти в палату, но жена выгоняла его прочь. Уже перевалило за полдень, когда вышла акушерка и пригласила новоиспеченного папу познакомиться с сыном. Миша вытер выступившую слезу, когда обнял жену. Ребёнок спал.
- Спасибо, дорогая, - он исцеловал лицо и руки девушки.
- Миша, иди отдохни. Мы все устали.
Мужчина оплатил отдельную послеродовую палату, чтобы позволить жене отдохнуть после перенесённых родов. Одарил всё отделение букетами цветов, коньяком и конфетами. Приезжал их навещать утром, днём и вечером.
Через пять дней он во всеоружии встречал жену и сына. Таню ждал ещё один сюрприз – на парадное крыльцо, опираясь на плечо Надежды Сергеевны, таща за собой левую ногу, их вышла встречать Анастасия Афанасьевна. Татьяна поднялась по ступенькам и обняла свою маму, посмотрела на счастливые глаза свекрови.
- Я никому не отдам своего права нянчить первого внука, так и знай! – заявила Анастасия Афанасьевна. Таня обняла свекровь.
- Прекрасно, что у Егорки будет две бабушки!
Надежда Сергеевна промокнула уголком платочка накатившуюся слезу.
- Жаль, Дима до этого дня не дожил.
- Но он видит нас и радуется вместе с нами, - обнявшись с матерью и свекровью, Таня вошла в новый дом.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов