Почему мне близко все, что он говорит? Я ловлю себя на том, что мне хочется поднять руку и провозгласить: «Аминь», как в церкви.
– Я абсолютно понимаю, каким трудным это было решение.
Джейк наклоняется вперед и складывает руки на столе. Он на мгновение задумчиво наклоняет голову, а затем говорит:
– Я много размышлял, прежде чем порвал с ней. Помню, как спрашивал себя, о чем я буду жалеть больше. Закончить что-то хорошее, боясь потом раскаяния? Или провести остаток жизни в сожалениях о том, что у меня не хватило мужества завершить что-то просто из-за страха разочароваться? Я сожалел бы в любом из этих вариантов, поэтому я решил прекратить отношения. И это было нелегко. Но я скорее пожалею о том, что сделал, чем о том, что не сделал.
Я пристально смотрю на него, но мне приходится отвести свой взгляд, потому что во мне снова возникает то чувство желания, чтобы он был не просто парнем на одну ночь.
– Как долго ты встречалась со своим парнем? – спрашивает он.
– Почти шесть лет.
– Вы расстались по твоей инициативе?
Я на мгновение задумываюсь над его вопросом. Глядя со стороны, я бы сказала, что да. Но зная ситуацию изнутри... не совсем уверена.
– Не знаю, – признаюсь я. – Он влюбился в другую девушку. И это не было похоже на какой-то бурный скандальный роман. Он хороший человек и в конце концов выбрал бы меня. Но он сделал бы свой выбор по неправильным причинам.
Джейк выглядит удивленным.
– Он изменил тебе?
Я ненавижу это слово. Я ловлю себя на том, что качаю головой, хотя он так и поступил. Ридж изменил мне. Это выставляет его изменщиком, но все не совсем так.
– Измена – это такой уродливый термин для обозначения того, что произошло, – на мгновение задумываюсь об этом, помешивая соломинкой напиток в своем стакане. Затем я смотрю на Джейка и говорю, – Он... связан с ней на более глубоком духовном уровне. Называть его изменщиком – это оскорбление, которого он не заслуживает. Он пересек черту с кем-то, с кем почувствовал связь. Мы просто оставили все как есть.
Джейк некоторое время наблюдает за мной, читая выражение моего лица.
– Ты можешь не говорить об этом, если не хочешь. Я просто нахожу очаровательным, что ты говоришь так, будто не ненавидишь его.
Я улыбаюсь.
– Он один из моих лучших друзей. И он старался поступить по чести. Но иногда правильное оказывается неправильным.
Джейк борется с улыбкой, как будто он впечатлен этим разговором, но не хочет показывать этого. Мне это нравится. Мне нравится, что он мне интересен. И мне нравится, что я ему интересна.
Он все еще смотрит на меня, как будто хочет услышать больше, поэтому я продолжаю:
– Ридж пишет песни для группы. Около двух лет назад группа выпустила новую песню, и я никогда не забуду, как впервые услышала ее. Ридж всегда присылал мне песни перед их записью, но по какой-то причине он никогда не присылал мне конкретно эту песню. После того, как я скачала ее и прослушала, я сразу поняла, почему он никогда не отправлял мне ее. Все потому, что он написал ее о нас.
– Песня о любви?
Я качаю головой:
– Нет. Все как раз наоборот. Что-то вроде песни о разлуке влюбленных, о паре, которой нужно было расстаться, но они не знали, как это сделать. Только услышав эту песню, я поняла, что он чувствует то же самое, что и я. Но в то время ни один из нас не был в состоянии признаться в этом друг другу.
– Ты когда-нибудь спрашивала его об этом?
– Нет. Мне и не нужно было этого делать. Я поняла, что это про нас, как только услышала первую строчку.
– И что это была за строчка?
– «Я все думаю, почему не могу с тобой распрощаться».
– Вау, – говорит Джейк, откидываясь назад. – Это определенно говорит само за себя.
Я киваю.
– Я не знаю, почему мы так долго ждали, чтобы положить этому конец. Наверное, все так, как ты сказал. Между нами все было хорошо, но я знала, что он нашел нечто прекрасное в другой девушке. И он заслуживал большего, чем просто хорошо.
Джейк со стоическим выражением лица молча наблюдает за мной в течение нескольких секунд. Но потом он улыбается и качает головой.
– Сколько же тебе лет?
– Двадцать четыре.
Он изображает гримасу, как будто впечатлен.
– Ты еще слишком молода, чтобы так хорошо разбираться в жизни.
От его комплимента я расплываюсь в улыбке.
– Да, но моя жизнь короче, чем у всех остальных. Мне приходится многое втискивать в меньшие временные рамки.
Я почти жалею, что пошутила насчет смертельной болезни, но это его нисколько не пугает. На самом деле, шутка вызывает у него усмешку. Боже, я ненавижу то, как сильно он мне уже нравится.
– Это твое первое свидание после Риджа? – спрашивает он.
Я киваю, и он говорит:
– Мое тоже.
Я на мгновение задумываюсь. Раз он не ходил на свидания после расставания, следовательно, он не встречался с другими девушками со школы. И я, наверное, не должна была открывать рот, но предложение уже звучит:
– Если ты встречался со своей бывшей двенадцать лет, это значит, что ты был только...
– С ней, – говорит он как ни в чем не бывало. – Совершенно верно.
И вот мы здесь, за ужином на первом свидании, каким-то образом обсуждаем своих бывших. И почему-то этот разговор совсем не вызывает дискомфорта. Болтать с ним на самом деле увлекательно. За весь вечер не случилось ни одной неловкой минуты. Даже когда я вела его машину со скоростью сто шестьдесят километров в час по кругу гоночной трассы, в нашем взаимопонимании тоже не было пауз.
Пару раз за сегодняшний вечер мне казалось, что он может поцеловать меня, и я бы непременно позволила ему это, но он ухмылялся и отходил от меня, словно наслаждаясь ощущением пытки. Что ж, неудивительно. Он любитель острых ощущений. Адреналин и влечение ощущаются тесно связанными.
Он смотрит на меня прямо сейчас, а я смотрю на него, и я не знаю точно, что именно привлекает меня в этот момент. Немного адреналина. Притяжение. Может даже безрассудная страсть. Что бы это ни было, у меня плохое предчувствие. Я знаю Джейка не достаточно хорошо, но думаю, что его выразительный взгляд говорит о том, что он чувствует то же самое.
Я прерываю зрительный контакт с ним и откашливаюсь.
– Джейк... – я поднимаю глаза и снова встречаюсь с ним взглядом. – Я не хочу никаких отношений. Совсем. Даже на расстоянии.
Мои слова не оказывают на него никакого заметного влияния. Он просто поджимает губы и через мгновение спрашивает:
– Чего же ты хочешь?
Я медленно, неуверенно пожимаю плечами.
– Я не знаю, – говорю я, снова опуская плечи. – Я хотела развеяться с тобой на нашем свидании. И я выполнила задуманное. Но не уверена, что хорошая идея – встретиться снова.
Как бы мне хотелось объяснить ему все причины, по которым я не хочу идти с ним на следующее свидание. Но существует слишком много причин не идти на второе свидание с ним, и есть всего одна – почему я должна это сделать.
Джейк сжимает свой затылок, а затем наклоняется вперед, снова складывая руки на столе.
– Мэгги, – говорит он. – Я давно не ходил на свидания. Но... я чувствую, что нравлюсь тебе. Я тебе нравлюсь? Или я просто ослеплен твоей откровенностью, потому что меня безумно влечет к тебе?
Ах. Я не могу сдержать улыбку, которая с трудом пробивается наружу. Я также чувствую, как краснею от того, что он увлечен мной.
– Ты мне действительно нравишься. И... – мне так трудно это произнести. Я совсем не умею заигрывать. – Меня тоже безумно влечет к тебе. Но я не хочу встречаться с тобой после сегодняшнего вечера. Дело вовсе не в тебе. Я просто хочу жить настоящим, и прямо сейчас мне не нужны еще одни серьезные отношения. Я уже это проходила. У меня несколько другие планы на жизнь.
Джейк выглядит заинтригованным и в то же время разочарованным моим ответом, если вообще возможно чувствовать это одновременно. Он кивает и говорит:
– Так вот оно что? Значит я оставлю чаевые на столе, а потом отвезу тебя домой, высажу, и мы больше никогда не увидимся?