Я украдкой вынула страницу из журнала, пока дети отвлеклись на что‑то другое. Спрятала её под подол своей застиранной юбки, а потом, улучив момент, завернула в тряпицу и подсунула в щель подоконника в чулане — единственном месте, куда никто не заглядывал. Каждый вечер, когда все засыпали, в тусклом свете луны, проникающем через чуланное окно, я доставала своё сокровище и разглядывала девушку в серебряном платье. Проводила пальцем по контурам её силуэта, пытаясь запомнить каждую деталь: как падает свет на плечо, как струятся волосы, как изящно изогнута рука.
В темноте чулана я придумывала себе новую жизнь. В ней я не была позором — я была той самой девушкой с фотографии. Я представляла, как выхожу на балкон огромного дома, как ветер играет моими волосами, а внизу расстилается город, полный огней и возможностей. Я воображала, что мужчина на фото — не «старик», а мой защитник, человек, который видит во мне не изъян, а сокровище.
Со временем эта мечта стала моей тайной силой. Когда мама кричала на меня за разбитую чашку или двоюродные брат с сестрой толкали в спину, я закрывала глаза и видела серебряный блеск платья. Это было моё убежище, мой невидимый щит. Я начала замечать красоту в мелочах: в узоре солнечных лучей на полу, в изгибе ветки за окном, в переливах росы на траве. И постепенно поняла: если я вижу это — значит, во мне есть что‑то, чего не видят они.
Однажды, когда мне исполнилось десять, я нашла в сарае старое зеркало, прислонённое к стене. Оно было пыльным, с трещиной по краю, но в нём я впервые увидела себя так, как никогда раньше. Тонкие черты лица, огромные чёрные глаза, бледная кожа — всё то, за что меня презирали, вдруг показалось мне… необычным. Не уродливым, а другим. Я распустила волосы, которые всегда были заплетены в тугую косу, и позволила им упасть на плечи. В отражении я увидела не позор, а девушку, которая могла бы стоять на том самом балконе.
С тех пор я начала меняться. Не телом — оно оставалось таким же хрупким, — а внутри. Я научилась уходить в свои мысли, когда вокруг царила грубость. Я стала читать всё, что могла найти: обтрёпанные книги из заброшенного сундука, газеты, даже надписи на аптечных пузырьках. Я впитывала слова, как губка, и с каждым новым прочитанным предложением чувствовала, что мир становится шире, а моя мечта — реальнее.
Однажды мама, застав меня за чтением, вырвала книгу из рук и швырнула в угол.
— Ты что, возомнила себя барыней? — процедила она. — Тебе место на кухне, а не с книжками!
Я молчала, но в голове звучали слова, которые только что прочитала: «Человек — это то, во что он верит». Я верила в свой балкон, в серебряное платье, в жизнь, где я буду не позором, а кем‑то важным.
И пусть пока это была лишь мечта, она давала мне силы терпеть, ждать и… надеяться.
Дорогой мой читатель, я начала писать новую книгу, чтобы порадовать вас в будущем году. Это только ознакомительная глава. Очень жду вашей поддержки и комментариев. Ведь так я буду знать, что вам это интересно читать, что вас затронул сюжет первой главы и вы хотите знать что будет дальше в этой книге. Обещаю не откладывать в долгий ящик и написать книгу как можно быстрее.
Глава 2. Сила есть ума не надо? А если наоборот?
По воле случая и по моему большому желанию в школу меня всё же отдали. При тестировании оказалось, что меня могут взять сразу в третий класс. Чтение книг, газет и моя внимательность помогли мне узнать достаточно для поступления в школу сразу в третий класс. Единственным пробелом стала математика, ведь считать я училась только на монетках, которые давали мне, чтобы я сходила в ближайший магазинчик. Учитель по математике вздыхал, возмущался, но решил, что если я могу вычитать и слагать, то научусь умножать и делить. В первый же день оставил меня после уроков, объяснил, что такое таблица умножения.
– Ярослава, если завтра расскажешь мне таблицу умножения на два, значит буду заниматься с тобой послу уроков каждый день, помогу догнать одноклассников, – развел руки в сторону и покачиваясь с носка на пятки, – а если не выучишь, то я буду настаивать, чтобы тебя посадили в первый класс.
Домой бежала с большим желанием заглянуть в свой тайник и посмотреть на девушку в серебряном платье. Мне казалось, что только глядя на девушку, мечтая стать такой же, я смогу преодолеть, что угодно, а не только выучить таблицу умножения. Сразу пробраться в чулан не получилось. На ступенях крыльца меня подкараулил двоюродный брат и схватил за косу: