Зевнув, он коснулся пальцем стекла, и на том тут же высветилось небольшое и простое меню с пунктами: выбор стороны, выбор режима, процент прозрачности. Привычные настройки были быстро установлены, и спустя секунды на внутренней стороне вместо окна уже во всю стену красовалось кристально чистое зеркало.
В нём — в том зеркале — виднелась средняя, ничем не примечательная мужская фигура, стоящая посреди практически однокомнатного номера: плечи чуть шире бёдер, суховатые руки, оптимальный процент жировой прослойки и в меру худощавое лицо с ровными щеками, слабо заметными, но широкими скулами и пухлыми губами. Пожалуй, единственное, что выделялось — кольцо на безымянном пальце и куча мелких, практически ювелирных швов по всему телу. «Ну, да ничего, — думал себе их владелец. — После истечения контракта их легко можно будет сгладить, а те, что у затылка, и вовсе не видно из-за моего зачёса», — и он был прав — за кучей насыщенно-чёрных кудрей, больше напоминающих короткое «афро», и того самого чипа на обратной стороне шеи, шрамов почти не было видно. Впрочем, сам он всё равно оценивал своё состояние никак иначе, как хреновое — спать ему нужно было явно больше. Гораздо больше.
— Уважаемый мистер Коллинз! — начал наконец раздаваться голос из динамика на внешнем чипе. — Мы получили ваш отчёт. Рады, что ваше пребывание на Земле подходит к концу, и надеемся, что вы завершили все те дела, о которых не упускали возможности рассказывать, — мистер Коллинз, тем временем, заправлял постель и осматривал пустующий в стороне узенький кухонный столик на наличие еды — бесполезно. — По прибытии на Патос-2 настоятельно рекомендуем вам сразу же пройти полное медицинское обследование, а также напоминаем об обновлении, пришедшем два дня назад: не забудьте установить и протестировать его до прибытия. Последующую часть письма получите в вашем SPD. С уважением, команда Врат.
— Ну да… — лениво протянул он, направляясь к ванной — единственной дополнительной, но такой же тесной комнатушке, обтянутой водоотталкивающим материалом. — Могли бы и не делать вид, что всё это письмо не из-за обновления.
Стоило ему перешагнуть небольшой порог душевой кабинки, как в голове раздалась лёгкая вибрация — знак того, что температура воды, ещё даже не начавшей течь, была выставлена идеально для его тела — несмотря на тесноту, в его отеле оборудовано всё было на современный лад.
Будничный душ, рутинные утренние процедуры «старым добрым способом» — ни отбеливающей пластины, ни даже элементарной гигиенической жвачки в ванной не было — всё впервые за две недели проходило для него в более-менее неспешном темпе. Между скорым прилётом в Чикаго, посещением конференции, участии в огромном, просто нечеловечески великом множестве тестов Врат и «делами» с Оорном трудно было выделить себе хотя бы денёк. Да даже час — и тот уже был яркой мечтой да несусветно глупым преувеличением. Двадцать минут в душе по утрам — максимум… Двадцать пять.
— Кофе, — по-царски скомандовал обёрнутый в полотенце Карл на всю комнату, направив руку с оттопыренным указательным пальцем куда-то в сторону стола, и небольшая кофемашина начала готовить синтезированные кофейные зёрна в привычный и полюбившийся скомандовавшему напиток.
Взяв в руки горячую чашку, мистер Коллинз с грустью поплёлся обратно к своей кровати, вспоминая о том, что на Луне, в отличие от Чикаго, трудно было в последнее время с кофе. Врата, расположившие там Патос-2 — одну из своих научных станций — оправдывались перебоями с поставками или прочей бредятиной, но среди и учёных, и тестировщиков широко плодились слухи о новой политике интернациональной компании: зачем был нужен кофе, когда можно было просто ввести себе кофеин? Зачем нужна была привычная еда, если набор питательных веществ уже давал всё необходимое? Зачем было необходимо личное пространство, если?..
Но ладно ещё Луна, но что уж было говорить о станциях на поверхности Марса, «дирижаблях» на орбите Венеры или вовсе одиноких шаттлах, парящих в поясах астероидов где-то у Ио — до них, учитывая обстоятельства, подобные «взаимовыгодные» новшества добрались куда раньше. Однако как и там, так и на Луне все жалобы да петиции уходили в беззвучную и холодную пустоту космоса, пока как кофе, так и прочего просто становилось всё меньше и меньше.
— Как-то это… нечеловечно всё, — придерживался консервативных взглядов и сам Карл. — Как-то… слишком обезличивает.
На его полке у кровати, заваленной пустыми биоразлагаемыми стаканами из-под напитков и суши, лежал совсем небольшой, где-то с дамский мизинец прямоугольник — тот самый SPD, отсылающий к «Safe Portable Drive\Безопасному Переносному Хранилищу». Выполненный в нейтрально-сером цвете, без каких-либо узоров и практически плоский, единственное, что он содержал на себе — овальный разъём для отпечатка пальца да небольшой затемнённый кружочек над ним — голографический проектор, что был поставлен исключительно для устаревших моделей чипов и должен был исчезнуть в будущих ревизиях. Карл поставил средний палец левой руки — тот, что выбрал для идентификации он сам — на разъём, и светодиод у проектора тут же загорелся зелёным. Ничего более не происходило.