— Есть вообще хоть какой-то способ на него попасть?!
— Боюсь, что нет. Как я и говорил, крайний срок на посадку был двенадцать минут назад. И это при задержке рейса из-за многоуважаемого писателя Эн, у которого «случился казус в номере отеля». Сожалею. Если хотите, я могу организовать вам возврат части суммы за билет.
— Но ты!.. Ты!.. К чёрту, — парень быстрым шагом пошёл прочь от стойки.
Как странно мог ощущать себя человек, на кону у коего стояли семизначные суммы — беспомощность, смешанная с гневом, предавала Карлу необычное сильное чувство… гравитации. Словно его ноги приковало к земле, руки и ладони, сжатые в кулаки, прибило к телу настоящими бетонными балками, челюсти сцепило между собой, словно бы по нему ударили статическим электрическом с настолько высоким вольтажом, что ещё секунда, и от него остались бы одни угольки. Что было делать? Что можно было сделать?
Успеть на шаттл? Нет. Официальные варианты заканчивались ровно на том моменте, когда андроид давал человеку безоговорочный отказ — это означало, что ни плана «Б», ни «В», ни даже «Ю» у них не осталось в их металлической подкорке. Прокрасться? Тоже нет. Управляемые людьми в критические моменты, но самостоятельные в рутине, машины были безукоризненными в своей работе, а дополнительные камеры под кожей на затылке делали их и вовсе несоизмеримо надёжными блюстителями порядка.
Но что тогда? Разрыв контракта? Долг, что не погасить и за тысячу жизней? Подземные уровни города с их нищетой? Смерть? Нет… Точно нет. Его судьбе — судьбе Карла — обстоятельствам, совпадениям да даже самому миру уже давно стоило бы понять, что он пережил достаточно, чтобы больше никогда не упасть на колени; чтобы понять, что его собственная жизнь, его риск, его боль могут быть несоизмеримо малы; что всегда есть что-то, что сильнее и важнее. И если за точку «сильнее» брать его собственную смерть, то небольшое нарушение одного пунктика контракта, написанного мелким шрифтом, можно было посчитать за то самое «несоизмеримо малое» — в голове тестировщика возникла идея.
Он прекрасно знал: шаттл на Луну летал раз в неделю, на Марс — раз в два года, за исключением частных, об Ио лучше и вообще было не вспоминать, но за сим ведь и нужны были они — телепорты. «Для перемещения на Луну использовать исключительно шаттл компании Врат», — гласил его контракт, а это означало, что были необходимы выписки о том, что человек сел и приземлился. Но уж что-что, а это, в сравнении с миллионами кредитов, было достать проще простого.
— Скажи, — почти прокричал он, вернувшись к машине, — можно ли мне выписать документ о полёте на шаттле 20-77?
— Вы не полетели на этом шаттле.
— Да, но ведь я купил билет и моё место зарезервировано. Технически, я на нём лечу! В крайнем случае, я готов отстаивать свою точку зрения с твоим менеджером-хозяином часами, если тебе будет угодно, — он прекрасно знал, как общаться с машинами.
— Секунду… — лицо «Майка-57» приняло неестественно-безразличный вид на добрые пару минут. — В таком случае, могу выписать вам документ о бронировании места — он идентичен по сути своей, но действует в рамках закона в данной ситуации, к то…
— Плевать! Выписывай!
***
— Цм, так, напомню Вам основные правила пользования телепортом, — занудная полноватая женщина с поблёскивающими в тусклом свете тёмно-красными волосами изредка поцокивая бормотала грузным и протяжным тоном инструкцию, которую она наверняка будет помнить до конца своих дней. — Войдите в раздевалку и переоденьтесь в специальный, цм, органический комбинезон; всю электронику, одежду и прочие неорганические вещества поместите в небольшой отсек рядом с вашим основным телепортом; сядьте в кресло; положите руки на подлокотники, наденьте шлем и наслаждайтесь телепортацией.
В отличие от всех прочих сфер жизни, телепортация всё ещё оставалась для человечества наименее автоматизированной — андроида невозможно было поставить на управление ни самим телепортом, ни, уж тем более, Вспышкой. А всё по причине того, что если возникала так называемая «аллергическая реакция» — когда у человека случался приступ или срыв во время сканирования — робот попросту не мог не то, что снять Вспышку с головы или остановить скан вручную, а и вовсе зайти в комнату — электромагнитное излучение от приборов перебивало и жгло схемы, пока машина, повинуясь первому правилу робототехники, шла на добровольное самоубийство. Приходилось терпеть их — надменных, сальных, грязных, непрофессиональных… Приходилось терпеть людей.