Ещё во время того, как технологии дополненной реальности только приобретали массовый масштаб, было понятно, что будущее должно было быть за этим — за «нереальными» часами, расположенными то тут, то там; за рекламными билбордами, коих никогда не существовало в «настоящем» мире; за индивидуальной рекламой, появляющейся в настолько неожиданных местах, насколько возможно — что человечество будет переходить в цифровой мир всё больше и больше.
Однако то ли две тысячи сто двенадцатый оказался недостаточно прогрессивным, то ли несколько глобальных провалов в проектах массовых цифровых разумов и пространств сказали, что проще людям было оставаться в своём физическом, пускай и маленьком да ограниченном мирке.
— Извините, вы не против?
Мужчина отвёл взгляд от окна и увидел перед собой кудрявого парнишку с рюкзаком на плечах. «Студент», — говорили его вечно заспанные глаза, но Карл читал в них другое — возможность протестировать MR.
— Конечно, — он указал рукой в перчатке на сиденье рядом и немного подвинулся.
Парнишка уселся рядом и тут же погрузился в свой BEOS явно неновой модели — вместо линз у него был третий чип круглой формы, что крепился прямиком у виска и служил эдаким «проектором» той самой дополнительной реальности прямо перед глазами, а не на глаза. Впрочем, и сам мистер Коллинз не так давно носил такой же — не было ничего зазорного в том, чтобы не поспевать за техническим прогрессом, когда он бежал быстрее любого живого человека.
«MR: поиск подключений», — мысленно скомандовал он, смотря в окно, и спустя секунды на его глазах появился список всех людей, сидящих с ним в автобусе — фамилии, имена, личный номер — просто всё, и ко всему тому была возможность подключиться, лишь подумав о том.
«ФИ: Лин Ваарт, — вещала одна из надписей. — Номер: 01.02.28132094.55-2. Расстояние: 0,5 метров», — выбрав свою цель, мистер Коллинз стал ждать не такого уж мгновенного подключения — в конце концов, после отказа от всех внутренних имплантов и аугментаций, человечество не могло себе позволить один-единственный внешний чип с плохой защитой, а потому прецедентов со взломом BEOS не было ни разу за все тридцать лет. Но то было до той поры, пока его же создатели — Врата — не решили то исправить.
«BEOS: Переключить», — скомандовал тестировщик, и интерфейс в его линзах тут же изменился, показывая всё, чем занимался студент.
«Доклад: О современной истории технологий», — без особого интереса прочёл и отвернулся к окну Карл, пролистывая чужие мозги. Ему казалось, что о чём о чём, а о современной истории технологий рассказывать было предельно скучно: после отказа от аугментаций, неоновых и голографических рекламных вывесок да киборгов в пользу зелёной энергии, клонирования, дополнительной реальности да телепортации, стало как-то неинтересно. Да — это уменьшило углеродный след в разы, а альтернативные источники энергии появились даже на дорогах, что заряжались от кинетической энергии автомобилей, но он отчётливо понимал, что ни его деду, ни отцу не понравилось бы в таком мире — ещё полстолетия назад везде щеголяли своими титановыми руками или эндоскелетами под кожей или экзоскелетами над, обшитыми бронёй, а потом… Впрочем, вечная жизнь должна чего-то стоить — понимание этого у Карла тоже присутствовало.
Однако доклад паренька, как оказалось, был, в основном, не о том — он куда больше рассказывал о величественных достижениях архитектуры и колонизации. О том, как люди, перешагнув отметку в пятнадцать миллиардов, начали строить на Земле не только здания, но и сами города ввысь; как прогресс технологий, объединённая мощь человека и ИИ, позволил им создавать и конструировать потрясающей прочности материалы да архитектурные чудеса — дороги над дорогами, улицы над улицами, создавать и клонировать людей над людьми.
Как Марс и Венера, став, в определённом смысле, колониями, воспользовались такими, как сам Карл — тестировщиками, проводя бесчисленные, но вполне легальные эксперименты на людях с разными атмосферными давлениями, гравитацией, рационом или способом жизни, чтобы потом заселившиеся «обычные» люди сразу были в идеальных условиях.
О том, как пояс астероидов, витающий между орбитами Марса и Юпитера, стал нескончаемым источником как ресурсов, так и человеческих «жертв». Как так называемые космические лифты сделали путешествие к Луне и Марсу, когда тот был на минимальном расстоянии от Земли по орбите, куда более дешёвыми и практичными. Как сфера Дайсона, запущенная уже не один раз, проваливалась попытка за попыткой. О том, как сама сакральность человека за какие-то сто лет ушла в тень.