«Это „Спица-1“, „Карамба-4“, спасибо за концерт!» — донеслось до меня из рации.
— «Кар̀амба-4», всегда пожалуйста! — ответил я. — Бер̀егите себя, «Спица-1».
И так весь день.
Хвалёная мощь армии оказалась бессильна против орд мертвецов.
Получалось, конечно, не как в фильмах о зомби-апокалипсисе, где армия резко куда-то девалась или выпиливалась мертвецами за считаные часы, но наши организованность и огневая мощь всё равно не способны пересилить численное превосходство противника.
Есть дезертиры, которые не вывозят окружающего нас кошмара, но основная масса знает, зачем мы здесь и почему продолжаем держать в руках оружие. Ради людей.
Не ради некого метафизического человечества, а ради конкретных людей, жителей Ленинградской области, Питера и сопредельных областей, куда направятся мертвецы сразу же, как последний автомат последнего солдата перестанет отправлять в их сторону смерть.
— Ох, моя спина… — простонал я, опускаясь на ящик из-под метательных зарядов.
«Нужна огневая поддержка в квадрате Б33-4, „Карамба-4“, „Карамба-3“ и „Карамба-2“ — окажите содействие» — донёсся из рации приказ.
— Вот теперь я начал уставать… — пробормотал я, совершая сверхусилие, чтобы подняться на ноги.
— … сдох? — донеслось до меня.
Открываю глаза и вижу двоих ребят в свежей и чистой форме. На вид им по восемнадцать-двадцать, а может и по шестнадцать — плохо разбираюсь в сортах молодёжи.
— Вы кто такие? — спросил я, садясь. — Илюха, ты где?
А, Илья лежит в паре метров, на трёх коробках, укрытый ватником, найденным ещё пару дней назад внутри нашей «Коалиции-СВ».
— Мы? — спросил один из них, вооружённый АКМ. — Нас отправили сюда помочь с артиллерией.
— Вас? — скептическим взглядом осмотрел я долгожданных помощников.
Увы, эти ребята не выглядели крепкими. Тощие зумеры, катающиеся на самокатах, слушающие во дворах Блютус-колонки, вот кого мне прислали.
— Снар̀яд поднять сможете? Хотя бы вдвоём? — спросил я с сомнением. — Сука, котор̀ый час?
Поднимаю руку и вижу, что семь утра. Сколько я спал? Час? Два? Хочу верить.
— Сможем, — не очень уверенно ответил один из «подкрепления».
— Как звать? — спросил я у него.
— Вадим, — представился он.
Ростом где-то с меня, то есть около метра восьмидесяти, но по массе сильно уступает, поэтому я сомневаюсь, что эти тонкие ручонки способны поднять сорок три с половиной килограмма. Голубоглазый, русоволосый, взгляд наивный, совершенно не уверен, что находится сейчас на своём месте.
— Игорь, — представился второй парень из «подкрепления».
Этот ниже меня ростом и, кажется, худее, чем Вадим. В этом я даже не сомневаюсь — он точно не сможет поднять снаряд в одиночку. Этого даже не подстригли, поэтому из-под форменной кепки торчат чёрные патлы. Глаза карие, кожа смуглая и физиономия отдаёт чем-то азиатским — то ли из обрусевших татар, то ли из моих родных краёв.
— Так, р̀ебята, — поднялся я на ноги. — Есть что-нибудь пожр̀ать?
— У меня чипсы есть в рюкзаке, — произнёс Вадим.
— Давай, — протянул я руку. — Нам так и не привезли ничего перекусить, Илюха вон, опух от голода и лежит без сил.
Захрустел любезно предоставленными чипсами. От соблазнительного хруста пришёл в себя Илья, поэтому пришлось делиться.
— Ох, убить готов за котлеты из столовки… — произнёс ополченец, активно работая челюстью.
— Надо р̀азобраться, а чего это нас с ужином пр̀окатили, — устремил я взор в сторону зоопарка. — Игор̀ь, слетай туда, заодно и на вас двоих чего-нибудь пр̀ихвати.
— Что мы будем делать? — спросил Вадим, когда Игорь пошёл к мосту с Артиллерийского острова.
— Как только привезут снаряды, будем стрелять, — ответил Илья. — И так до тех пор, пока не сдохнем.
— А потом? — спросил Вадим.
— А потом р̀ай или ад, — усмехнулся я. — Илюха не шутит, единственная наша задача — вести огонь по пер̀едаваемым коор̀динатам. Наводить буду я, Илюха на др̀оне, а вы будете тягать снар̀яды. Работёнка потная, но вас двое.
— Да, лучше такие, чем никакие, — произнёс Илья, оглядев Вадима с ног до головы. — Ты бы знал, как мы тут…
«На связи „Барабан-9“, нужна огневая поддержка у станции Спасская!» — донеслось из рации.
— Умный самый, сука? — процедил я гневно, зажимая тангенту. — Ур̀онил р̀ацию и побежал от неё, р̀оняя кал, а то сейчас по твоим коор̀динатам зажигательных огур̀цов накидаю!