— Ладно, чёрт с ним. Я слишком устал. Как-нибудь в другой раз починю, — Коля посмотрел на отца. — Тебе пора домой, пока не слишком поздно. Я вызову такси.
— Так может, пусть переночует? Ему же пятьдесят километров ехать… — вставила Катя.
— Я с ним ночевать не хочу, — холодно сказал Коля и вынул телефон вызвать такси. Однако дозвон почему-то обрывался. Как вскоре выяснилось, на телефоне 0 палочек связи. Попытка выйти в интернет тоже не увенчалась успехом.
— В чём дело? — озадаченно спросила Катя.
— Да связь куда-то пропала… И интернет тоже. У тебя есть?
Катя достала телефон, что-то понажимала и отрицательно покачала головой.
— Похоже, сама судьба велит мне заночевать у вас, — скупо улыбнулся Евгений.
Коля раздражённо потёр глаза, потянулся за сигаретой, но они закончились.
— У меня тоже закончились. Давай прогуляемся до круглосуточного?
— Я сам пойду. Куплю за двоих, — попытался увернуться Коля, направившись в прихожую.
— Ну уж нет, я пойду с тобой. Заодно воздухом подышу, — настаивал Евгений.
— Вы в магазин? — спросила Катя — А я пока уберусь и подготовлю детей ко сну.
— Не жена, а волшебница… — мечтательно произнёс Евгений.
Коля что-то проворчал себе под нос, надевая пальто, и вскоре с отцом покинул квартиру. Домофон почему-то не работал, хотя свет был.
Отец и сын шли в круглосуточный магазинчик у вокзала, до которого три минуты пешком, если идти дворами. Путь им освещал лишь блеклый свет настенных фонарей. Ночь оказалась тёмной: на небе ни звёзд, ни луны. На дворе середина весны. Снег уже давно растаял, но воздух всё ещё холодный и сухой. Даже почему-то затхлый.
— Тёмная, однако, ночь… — со вздохом отстранённо заметил Евгений. — И тихая такая…
— Ты хотел поговорить о погоде? — угрюмо спросил Коля.
— Всего лишь хочу начать ненавязчивый разговор…
— Нахрена ты вообще припёрся?
— Ты же знаешь, что меня пригласила Катя из-за просьбы Пашки…
— Будто я поверю, что дело в нём… Тебе всегда было плевать на всех, кроме себя. Одиноко, что ли, стало? — с нотками презрения в голосе спросил Коля.
— Люди меняются… Очень неохотно, но меняются, особенно когда осознают свои ошибки.
— Ах, значит, теперь ты осознал свои ошибки? — язвительно спросил Коля.
— Ты имеешь полное право презирать того, кто сбежал из семьи за первой попавшейся юбкой… Кто ушёл от ответственности, как последний трус, оставив тебя на плечах у бедной женщины. Нет ни дня, чтобы я не сожалел о содеянном…
— Мне плевать на твои сожаления, — холодно сказал Коля.
— Я понимаю, поэтому не извиняюсь, потому что не заслуживаю прощения. Я лишь хочу сказать, что…
— Ты думаешь, что имеешь право учить меня жизни? — фыркнул Коля, перебив отца.
— Учиться нужно на ошибках, но не на своих, а на чужих. Я всего лишь хочу сказать, что ты должен ценить то, что имеешь. У тебя прекрасные дети и великолепная жена: красивая, заботливая, ответственная, благодарная, а главное, семейная! Такие женщины не изменяют и не уходят. Однако с ними может быть скучно и однообразно. Тебя может потянуть на любой соблазн, но если ты сделаешь это, то в конечном итоге пожалеешь. Поверь мне, бросив то, во что ты вкладывался, ты тем самым обесцениваешь свои труды. Обесценишь себя.
— Слова, не подтверждённые делом, ничего не стоят. Даже сделав какие-то выводы, это ещё не значит, что ты изменился. Да и какая разница… Былого не исправишь.
— Ты прав, — после паузы согласился Евгений. — И всё-таки я искренне надеюсь, что ты на моём примере сделаешь вывод, как поступать не стоит. Ради Паши и Тани.
— Я знаю, — отмахнулся Коля, желая поскорее закрыть эту тему.
Жестокий поступок отца в детстве дал Коле понять, что надо быть последним ублюдком, чтобы обрекать детей на такую участь. Даже если он однажды повстречает заманчивую юбку, перед которой не сможет устоять, он никогда не уйдёт из-за неё из семьи, потому что измена никогда не должна перерастать в предательство, иначе тебя даже человеком не назвать.
Под ногами звонко хрустел гравий, пока двое мужчин пересекали детскую площадку. На её краю с тихим скрипом покачивалась качель, хотя ветер отсутствовал. Лишь что-то неуловимое и неосязаемое, на грани досягаемого, щекотало нервы.
Вскоре отец и сын вышли из дворов и свернули к круглосуточному магазинчику. Они шли вдоль дороги с уличными фонарями, окрашивающими улицу в жёлтый цвет. Буквально в двухсот метрах находился железнодорожный вокзал – тихий и безлюдный. Совсем безжизненный, будто заброшенный, но всё-таки хорошо освещённый.
Коля дёрнул за ручку и чуть не ударился лбом о дверь.
— Закрыто? — озадачился Евгений. — Свет внутри выключен…