— Не солдата, а мудака!
— Один хрен не по уставу!
— Теперь и устав вспомнил! А как своими страшилками голову забивать! Живые мертвецы в гробах, покойники в белом по потолку ходят!
Глаза Баженова округлились от ужаса. Он увидел, как Вершинин, воспользовавшись перепалкой, юркнул в дыру. При этом он шел по отвесной стене, а достигнув отверстия, не полез в не, а сложив руки по шву прыгнул солдатиком.
Прапор зажмурил глаза и энергично затряс головой.
— Что с тобой? Только этого мне не хватало! — испугался Мыльников.
Баженов открыл глаза, оглядел пустую стену, удостоверившись что по ней никто не разгуливает.
— У меня кажется давление! — признался он.
— Ну ты башкой то не тряси! Сядь спокойно!
Сержант усаживает прапора, прислоняя к стене. Тот продолжает опасливо смотреть на вход в пещеру.
— Должен тебе признать, — начинает он.
— Только не про призраков! — взмолился сержант.
— Не буду! — пообещал прапор и свое обещание выполнил.
Вершинин едва не спалился, когда неожиданно для себя вышел на часовых. Некое шевеление над головой обратило на себя внимание. Он поднял голову и увидел бойцов, притулившихся на потолке аки мухи. Случилось страшное, и он встретился глазами с Баженовым. Глаза прапора округлились.
Самые большие глаза у восточных народов, подумал Вершинин, и уже не скрываясь, подбежал к круглой дыре и спрыгнул. Даже не заботясь о высоте. Он надеялся, что направление гравитации изменится и он мягко опустится на нормальный пол. Ага, размечтался.
В его восприятии в метрах пяти ниже на его пути располагался саркофаг, и он врезался в него, едва не переломав ноги. Хуже было бы, если бы саркофага не было, и ему пришлось лететь пятью метрами дальше, до следующей стены. В таком случае просто ушибами он бы не отделался.
Пещера ахнула от тяжелого удара. Оглушенный Вершинин неподвижно лежал на боковине саркофага.
— Слышал? — донесся голос сержанта.
— Ага, он туда спрыгнул! — ответил прапор.
— Кто спрыгнул?
— Не, я говорю, шум в пещере был!
— Счас из автомата шмальну!
Вершинин истерично заелозил, сползая с домовины.
— В кого собрался шмалять? В призраков? Да и начальство не одобрит. Они над этим гробом не знай, как трясутся. Генерал приезжал, обещал всех за яйца подвесить если что.
— Но поглядеть надо!
— Это пожалуйста. Мы же пост!
Вершинин истерично дополз до края саркофага-и упал. Но не дальше, как можно было предположить, а вбок, на нормальный пол. Сила тяготения настолько резво поменяла направление, что его слегка вырвало.
— Слышал? Вроде чихнул кто!
— Никогда не слышал о чихающих призраках!
Оказавшись на полу, Вершинин судорожно заполз за постамент. И вовремя. Бойцы показались во входном отверстии.
В склепе горели лампы в сетчатых коробах, давая более-менее сносное освещение в центре, и совсем никудышное по углам. Так что бойцы подсветили себе подствольными фонарями.
— Заходить надо!
— Куда заходить? Не положено! Да и радиация там!
— Нет там никакой радиации! Сказки все это!
— Это ты Гуляшкину скажи! Он тоже хвалился, что радиации нет и что он носки на крышке саркофага сушит. А потом у него неделями не стоял.
Бойцы погасили фонари и убрались обратно в коридор.
Вершинин выждал минуту, потом уже спокойно поднялся на ноги. Оглядел себя. Костюм был порван в нескольких местах, но рюкзак цел, и из него не высыпалось ничего ценного.
Он скинул рюкзак, достал из него контейнер с датчиками. К нему прилагалась подробная схема мест, где надо было брать анализы.
На самом саркофаге точек исследования было три: верхняя и нижняя крышка и щель между ними. И так на каждой стороне. Затем пол. Анализ через каждые 2 метра и так до каждой стены. Стены-насколько хватит роста.
Теперь и на потолке могу, похвастал Вершинин. На самом деле он представления не имел, как это работает. И не грохнется ли он с потолка, красиво войдя головой отвесно в пол.
Шпионская техника была удобна в пользовании. Датчики представляли собой стержни. С одной стороны, откручивался колпачек, открывая рабочую часть. Ею надо было плотно прижаться к поверхности, после чего нажималась тыльная сторона стержня. Раздавался пружинистый щелчок-забор анализов осуществлен. После этого Вершинин навинчивал колпачок на место и отправлял стержень в контейнер.
Работа спорилась, и контейнер должен был быстро наполниться. Мне надо пятнадцать минут, думал он. 15 минут на все, и можно уходить отсюда. Его трясло от нервного возбуждения, хотелось убраться отсюда как можно скорее. Мрачный мегалит подавлял, зудящие лампы давили на нервы. Возможно, включилась блокировка, уже работающая против славян.