— Неизвестная система безопасности?
— Все не так просто. Мы предполагаем, что действует неведомый нам закон.
— Здесь главное слово «нам»! — невесело усмехнулся Вершинин. — И что надо от меня вашей разведке? Я в богах Мезоамерики не разбираюсь, читать по древне ацтекски не приучен.
— В этом нет никакой необходимости. Вам необходимо еще раз посетить место погребения и взять соскобы с саркофага, стен кладовой и непосредственно коридора.
— Вы же там были сами! — изумленно воскликнул Вершинин. — Могли хоть тонну анализов унести!
Стэн и Эва переглянулись. В их быстрых переглядках проскользнула неуверенность.
— Скажи ему! — произнесла Эва.
— Хорошо! — согласился Данлопп.
Вершинина царапнула нехорошая догадка, что приказы в этой паре отдает девушка. Царапнула и пропала.
— Не мог я! — признался Стэн. — Вернее, я образцы то достал, херовый я бы был шпион, если бы не так, но образцы оказались безнадежно испорчены. Вернее, не так. Все они оказались локальными. Скорее всего, они добыты с одного места, возможно, одним единственным соскобом. Я не струсил, не пытался обмануть Центр. Одно из объяснений, что сработала система безопасности неизвестной природы. Возможно, что я вообще ничего там не соскабливала образцы мне просто подсунули.
— Кто? — встревожился Вершинин. — Постарался кто-то из присутствующих?
— Если б все было так просто! — усмехнулся профессор. — Я же говорил, что саркофаг не так прост, это не каменный ящик, зарытый под землей, а целая система уловок доселе нами не встречаемых и нами не изученных. А уж поверьте, в Европе полно артефактов Пантанала, которые мы разве что по винтику не разобрали.
— Охринеть! — вырвалось у Вершинина. — А мы тут в России уверены, что вы в Европе только в задницы трахаетесь!
— Не только! — серьезно заметил Данлопп. — И в остальные отверстия тоже!
— Фи, мальчики! — фыркнула Эва.
Мальчики извинились.
— Я думаю, я смогу добиться допуска к саркофагу еще раз! — размышлял Вершинин. — Но нет никакой уверенности, что результаты не подменят и мне тоже!
Напарники снова переглянулись. На этот раз смущенно.
— Есть гипотеза, что система безопасности саркофага настроена персонально на нас, европейцев! И на русских она не действует!
— Почему? — вырвалось у Вершинина, но он вовремя прикусил язык.
Но Стэн видел его насквозь.
— Можете не сдерживать гордости, Жак! — сказал он. — Мы думаем, система безопасности саркофага создана русскими!
21. Бекк
Прежде чем покинуть гостеприимный, но испоганенный незваными и некультурными гостями дом, майор сунул прекаират в найденный латанный-перелатанный мешок. Нравственные искания были ему чужды, и он действовал исключительно с точки зрения полезности.
— Что там пишет Мракобой насчет того, как нам бы выбраться из этого паучатника? — спросил он у Сандры.
— Я не знаю. Из этого дома он должен был идти в Измайлово, но каким-то образом оказался в Царицыно.
— Я не спрашиваю, где он оказался! Что он пишет про способы отсюда свалить? — раздраженно проговорил Бекк.
Она сильно растерялась, разве что не плакала. Вид у нее был совершенно потерянный. Она явно не понимала, что он от нее хочет.
На фига я с ней связался, подумал майор. Дать ей денег и пусть валит на все четыре стороны. Нет, сначала найти денег, дать ей денег и пускай валит.
Он сделал медленный вдох, гася гнев и раздражение и заканчивая девушку мысленно пытать.
— Ты же говорила, у тебя отличная память! — выговаривал он. — Ты читала записи Мракобоя. Парень встречался со множеством людей и так или иначе знал все ходы и выходы из Москвы.
— Но у меня особая память! Я вспоминаю не все сразу, а по порядку! Так как написано! — она начала заводиться.
Как и всякая женщина, когда была не права, она обвиняла мужчину.
— Да что ж у тебя за память такая особенная! — кипятился Бекк. — Это что же нам теперь по всему маршруту Мракобоя мотаться? А это знаешь ли, очень длинный маршрут! Ты в курсе, что он тут всю жизнь прожил?
Не дадут нам здесь столько гулять, понял он. Пришьют, как пить дать, пришьют. Никакой прекаират не поможет. Даже хуже. Когда про артефакт узнают, начнут преследовать с еще большей энергией, найдут и тогда точно пришьют, чтобы не оставлять свидетелей.