— Что ты делаешь? — удивлённо спросила Дарья.
— Да так. Проверяю. А то вдруг воскреснет, — сосредоточенно ответил я.
Девочка испуганно отпрянула. Зато я теперь спокойно мог вытащить все трофеи.
Поживиться здесь было чем. Капли росы в прозрачной оболочке — их обычно использовали для очень дорогих зелий регенерации. Капсулы со смолой — ими обычно укрепляли оружие и доспехи. И самое главное… да, вот оно! Сердце Кронобеса — маленькая сфера, источающая тусклый зелёный свет.
Универсальная вещь. Может как усилить отдельное заклинание, так и силу магии в целом при её грамотном использовании. Также её часто пихают в амулеты, чтобы придать им нужные свойства. Очень дорогая штука.
— Ух ты, — вырвалось у Дарьи, пока я держал сферу в руках. — А что это?
— Лампочка для ночника, — ответил я, поспешно убирая сферу в сумку. — Идём. Нам нужно торопиться.
Голова Кронобеса ещё не высохла до конца, но это вопрос очень короткого промежутка времени. С неё уже вовсю осыпались листья и кора. Без сферы она превратится в абсолютно сухую деревяшку всего за час и станет очень красивой, фигурной, но просто корягой. Но вытаскивать сферу при старосте я не собирался. А голову мне её ещё как доказательство надо предъявлять.
Дарья спорить не стала. Я подхватил деревяшку под мышку и направился на выход из чащи. Девочка послушно пошла за мной.
Она всю дорогу молчала, и это было для меня удивительно. Когда мы шли сюда, её рот не закрывался от вопросов, а тут… Подозрительно!
Используя «Глаз миров» я без труда вышел прямо к тому месту, где оставил мотоцикл.
— Даня, послушай, — наконец, сказала девочка, пока я примастрячивал голову к багажнику сзади.
— М? — откликнулся я.
— Мне нельзя обратно, — собравшись с духом, выпалила Дарья.
Я посмотрел на неё с интересом. Всё-таки мои догадки подтверждались.
— Почему? — оставив своё дело, я повернулся к ней.
— Это… это, — она запнулась, подбирая слова. — Это личное! — сказала она.
А я просто стоял, сложив руки на груди, и вопросительно на неё смотрел. Девочка робко теребила подол платья.
— Дай угадаю, — сказал я. — Это как‑то связано с твоей казнью.
По её взгляду я понял, что именно это имеет прямую взаимосвязь с её поведением.
— Не переживай, тебя больше не тронут в деревне, — сказал я. — Мы же только, что победили наше помилование.
— Да, но Гаврила на этом не успокоится, — затараторила девочка. — Давай просто сядем на мотоцикл и уедем отсюда. Лес же уже зачищен и нам ничего не угрожает. До Петрозаводска не так далеко. А в городе я уже как‑то найду себе применение. Пойду в помощницы или ученицы к кому-нибудь. Я очень хорошо шью, меня бабушка научила.
— Это всё, конечно, здорово, — с подозрением смотрел я на неё. — Но я дал слово старосте. У нас был уговор. Да и бензина нам не хватит. Бак пустой. Так что нам в любом случае нужно возвращаться в Суземки.
— У Костика есть бензин, — тут же отозвалась Дарья. — Он раньше возил народ в город на своей «буханке». В ней точно должно что‑то остаться. Давай проберёмся ночью и сольём.
— Так не пойдёт, — мотнул головой я и сел на мотоцикл. — Сказал же, что у нас уговор с Гаврилой. Сдам ему голову Кронобеса, и мы с ним разойдёмся. А бензин у Костика нужно купить, а не красть!
— Ну давай купим. У меня есть деньги! Нужно будет только ночью заехать к бабушке и…
— Да что такое происходит? Какая ночь? Ты либо со мной, либо нет. Я голову отвезу в любом случае, и ты меня сейчас сильно задерживаешь. Сухой башке староста может и не поверить.
— Блин, — пискнула Дарья, топнув ножкой. — Он хотел лечь со мной, — выпалила она.
Мелкая дрожь прошла по моему телу. Такого я сильно не любил. Нахмурившись, я смотрел на неё очень серьёзно. Она не врала.
— Работы в деревне не было, а деньги были нужны. У меня больная бабушка, ей нужен покой, — продолжила Дарья, роняя слёзы. — А больше никого нет. Вот я и пошла к нему в помощницы. По дому прибрать, ужин сготовить и всё такое. Живёт-то он один. И вот однажды я спустилась в подвал за солёными грибами, а там дверь была открыта. Сначала я не захотела заходить, а потом чёрт меня дёрнул и всё равно вошла. А там…
Дарья запнулась, вытирая глаза подолом платья.
— Что там? — настойчиво спросил я.
— Там еда! Горы еды! — возмущённо воскликнула Дарья. — Деревня голодает, а он продукты прячет и жрёт в три горла. Как ещё совести хватает. А мы и знать не знаем. Вертолёт-то разгружают только он, да Арсений с Борисом, а потом уже нам распределяют. Оказывается, что на всех всего должно хватать. Только он не делится!