Воды отошли ночью. Тера ощущала разрывающую боль, как по венам тек жидкий огонь и тихо молилась, просила, чтобы это прошло. Бегающая вокруг Герда лишь злила, потому что Тере не нужна холодная тряпица на лбу или успокаивающие слова, ей лишь хотелось освободиться от этого уродца внутри. Но уродец вновь все портил и не вылезал, лишь раззадоривал их.
Вы поплатитесь за ту боль, что я чувствовала тогда и ощущаю сейчас. Вы умрете в муках, каких нахожусь сейчас. Я вспорю вам живот от паха до груди, положу внутрь камень и зашью, заставлю ходить так на потеху мне. Вы будете страдать, а я потешаться.
Она думала об этом каждую секунду родов. Игнорировала слова знахарки и причитания Трии о том, что все давно уже должно было закончиться. Тера отмахивалась от помощи и кривилась, тихо выла на полную луну, которая медленно исчезала за горизонтом. Из камня никогда не появиться птица. Так думала Тера, когда тужилась, когда чувствовала чужие руки на своей промежности и буквально выталкивала из себя уродца. Освобождалась от бремени и вновь становилась собой. Одной и единой.
Уродец появился днем. К тому времени уже все были нервными, и знахарка даже предполагала, что ребеночек умер в утробе и его следовало вытаскивать силой. Герда кусала ногти, иногда плакала и гладила все еще большой живот, зовя ребенка, про себя зовя брата. Они все уже ни на что не надеялись, когда уродец появился. И Тера действительно надеялась, что он сдох там, что родила мертвое тело, которое сожгла бы незамедлительно и забыла об этом происшествии, как о страшном сне.
Но уродец закричал. Сипло, будто неуверенно, но он дышал, двигал ручками и очень громко кричал. Раздражал.
– Поздравляю, у вас здоровая и красивая девочка. Мы ее сейчас помоем и вам нужно будет ее покормить.
Кормить этого монстра не хотелось, как и смотреть на него. Измотанная, Тера лежала на жестком полу и тихо подвывала. Больше никогда через такие страдания она не пройдет. Никаких детей или других живностей. Никогда и ни за что. Никаких мужчин и детей.
Пока все занимались ребенком, она обтерла внутреннюю часть бедра влажной от пота сорочкой, неловко встала и, сняв одежду, легла на кровать прямо так. Закуталась в одеяло и закрыла тяжелые веки, ощущая подступающий тревожный сон и жгучее желание помыться. Но сейчас Тера слишком слаба для этого. Казалось, она задремала, потому что прикосновения Герды оказались неожиданностью, из-за чего она резко села и отмахнулась, хмуро смотря на женщин со свертком в руках.
– Смотри, какая у тебя красивая доченька, – сказала Трия, не замечая странного внешнего вида подопечной и ее действий. Она подошла и приоткрыла одеяло, давая возможность Тере посмотреть на ребенка.
Отвратительная. Жаль, что ты не сдохла, проблем меньше было бы.
9
Оружейная лавка была не самым прибыльным местом. В нее заходили редко и в основном дети, желающие посмотреть на недоступное им оружие, приезжие или воины. Да и те приходили сюда редко, потому что лавка считалась низкого класса и хорошее оружие найти здесь проблематично. В защиту владелец лавки всегда говорил, что они хотя бы не заламывали цену, но его мало кто слушал.
Поэтому младший сын владельца, Ара, обычно в свою смену очень скучал. Иногда он прохаживал вдоль стен с саблями, копьями и тонкими кинжалами, рассматривал их и некоторые брал в руки. Крутил, вставал в боевую стойку и подражал тем доблестным воинам, о которых ему рассказывала мама и старший брат, работающий на господина, держащего в страхе Вермелло. Но всегда случайно резался или выворачивал руку, отбивал пальцы на ногах, а потом тихо проклинал оружие и свою смену, с которой не сбежишь.
Старший брат сейчас находился на службе у своего господина. Ему Ара не завидовал, потому что слышал, кто того кормили не часто и заставляли ходить в дальние походы, завоевывать новые земли. Да и мама как-то раз обмолвилась, что у Вермелло сейчас времена сложные и многим господин брата не нравился. Второму старшему брату Ара завидовал совсем немного, потому что тот учился в академии и, казалось, даже преуспевал. Он сам тоже пытался туда попасть, но оказался слишком хорошим для них, поэтому все наставники и преподаватели отказались. Точно побоялись.
К тому же ему и тут не плохо. Мйоголь город тихий и небольшой, портовый. В двух часах езды на повозке Вермелло Он сидел в оружейной лавке, иногда ходил с матерью на рынок. В особо везучие дни отец брал его с собой в походы, где на развалинах они находили старые побрякушки или оружие. Все это они потом очищали, побрякушки продавали на черном рынке, а оружие как новое сейчас висело на стенах или хранилось под стеклом. И почему люди нос воротили? Хорошее же оружие, рабочее и совсем не дорогое.
Походы с отцом Ара любил, потому что там никто с него ничего не требовал, и мама не приставала. А еще было интересно, и он потом рассказывал друзьям про свои приключения. Они, дураки, ему иногда не верили, но Ара думал, что просто завидовали. У него были приключения и походы, как у героев из легенд, а они по домам сидели и дальше их маленького городка никуда не уезжали.
Ара широко зевнул и тут же подорвался на месте, поправляя свободную рубашку, когда дверь со скрипом приоткрылась. В лавку вошла две симпатичные женщины. Одна в длинном платье, которое она постоянно разглаживала раскрытыми ладонями, с длинными светлыми волосами и тревогой на лице. Вторая же в кожаных штанах и свободной рубашке, с ножнами на поясе и огненными волосами, забранными в высокий хвост. Обе очень красивые, но первая, по мнению Ары, была просто волшебной.
– Здравствуйте, что-то конкретное желаете? – тут же бодро поинтересовался он и вышел из-за прилавка. Приосанился, когда блондинка обратила на него свое внимание, улыбнулась застенчиво.
– Кинжал, – грубо ответила другая девушка и вышла чуть вперед, прикрывая своим плечом спутницу.
– Конечно, кинжалы вывешены на этой стене, – уже натянуто улыбнулся он и указал на стену по правую сторону от себя. Потом подошел к витринам и постучал по стеклу пальцами. – Тут тоже лежат.
Девушка ему кивнула и в несколько шагов дошла до стены, придирчиво рассматривая лезвия и рукояти. Некоторые она брала в руки, вертела, творила что-то странное, но Аре уже было все равно. Главное, чтобы не украла. Для него сейчас важнее был ангелочек, милейшее существо, стоящее сейчас чуть поодаль и неуверенно переминающееся с ноги на ногу. Приосанившись и поправив прическу, Ара медленно подошел к ней.
– Вы очень красиво смотритесь на фоне оружия. Как бабочка в луже грязи.
– Оу, спасибо, – неловко ответила та и тут же опустила взгляд. Ее щеки мило покраснели, что еще больше восхитило Ару. Тонкая, нежная, она казалась настолько неземной, что внутри все переворачивалось, голос дрожал и потели ладони.
Они вздрогнули, когда спутница ангела с силой положила кинжал на держатель, посмотрела на них недовольно и подошла к витрине, рассматривая оружие. Она аккуратно подняла стекло и пригнулась, ощущая странную энергию, исходящую от чуть кривых лезвий, стертых рукоятей. Ара смотрел на это со скептицизмом, потом вновь оживился и обратил внимание на ангелочка.