-С этими-то понятно, - киваю я, - их наивность даже не позволит увидеть правильное направление, то, где прячется истинная цель протестов. А Декабристы, вы хотите сказать, тоже выманили полки на Сенатскую площадь обманом?
-Именно так. - Подтверждает мою догадку Петр Павлович. - Обманом. Причем не просто обманом, а низким, недостойным, да и просто неукладывающимся в голове! Все эти Батенковы, Релеевы, Пестели и прочие мерзавцы угостили солдатиков с утра водкой, рассказали им сказку, что Константин на самом деле от престола не отрекался, а его жена-полячка на самом деле не католичка, а наша православная христинка, то есть вполне может быть царицей. И идут они на площадь не свергать царя, а попросить Константина выступить перед ними и рассказать правду. Соответственно кричать надо «Константин и Конституция» потому что Конституцией зовут молодую жену Константина.
-И им поверили? - С сомнение спросил я.
-А как же! Они же командиры, к тому же все дворяне. А дворянин, в понимании солдата, это честь и благородство из поколения в поколение, такой никак не может соврать. Тем более так низко.
-Видимо эти были исключением.
-Не просто исключением, - неожиданно зло и громко воскликнул мой визави, - все Декабристы, поголовно, это шваль и отребье порочащие гордый дворянский титул! Вы думаете они пошли против царя из-за убеждений? Ничуть! Все они были в немилости, причем за дело. Настоящие дворяне аналогично накосячившие, прошу простить мою просторечность, на службе, и вызвавшие неудовольствие Его Величества, пускали себе пулю в лоб или просились на Кавказ, в действующую армию. Эти же, мелкие подонки и трусы, попав в немилость, решили мстить! Подло из-за угла мстить!
-Возможно они считали свою опалу несправедливой. - Я попытался сомнением сбить все более возбуждавшегося Петра Павловича. Он говорил все громче и уже привлекал внимание к нашей беседе прохожих. Однако вышло только хуже: мой собеседник остановился, посмотрел на меня удивленно и воскликнул:
-Несправедливой?! А знаете ли вы, молодой человек, что Александр Первый был одним из справедливейших, мягчайших и умнейших российских правителей! И за проступки, за которые Декабристы всего-лишь попали в немилость, Павел, например, отправил бы в тюрьму или казнил. Петр сослал в Сибирь лес валить, а сейчас, в наше время, они закончили бы штрафом и отставкой со службы! Это как минимум! - Петр Павлович глубоко вздохнул успокаиваясь, потом снова взял меня под локоть и мы медленно пошли по тротуару.
-Если говорить конкретно о Декабристах, - продолжил он спустя пару минут, - кто-то проворовался, другой кутил безмерно и не во время, третий полк распустил до потери боеспособности и так далее. Если вы внимательно ознакомитесь с накладываемыми на них взысканиями, поверьте мне, вопрос несправедливости отпадет сам собой.
-Получается, - задумчиво поинтересовался я, - в России огромное количество улиц названо в честь обманщиков и трусов?
-Так и есть, - кивнул он, - в Питере даже район есть называемый в народе «дезертировкой», там большевики все улицы переименовали по фамилиям ублюдков дезертировавших с фронта во время Первой Мировой войны. И... - Хотел что-то еще добавить он, но нас прервал громкий хлопок, крик и дружный хохот собравшийся толпы.
-Кошмар. - Прокомментировал эту какофонию я глядя на оставшееся без головы чучело с прикрепленной к груди табличкой «Путин - вор!». - Сотвори они такое в восхищающей их свободами Америке, схлопотали бы по году тюрьмы, причем не условно.
-Генетический эгоизм культивированный семью десетялетиями лжи и неверия, помноженный на молодецкую безмозглую удаль, дает страшные результаты. - Отозвался мой спутник. - Шумят, грохочут и ни на секунду не задумываются, что здесь живут люди. Они уверены в своей правоте, готовы с пеной у рта доказывать её не беспочвенность и их ни грамма не интересует, что испугавшийся взрыва ребенок, только что сосавший мамину грудь, поперхнулся и умер.
-Более того, - поддержал я грустные выводы Петра Павловича, - если об этом, надеюсь не имевшем места случае, рассказать, закидают помидорами как провокатора.
-Да, это так. - Снова грустно вздохнул Петр Павлович и мы ускорили шаг стремясь уйти подальше от толпы и зашевелившегося в оцеплении ОМОНа. - Их куцых извилин не хватит для осознания того, что идеи могут быть спорны, несвоевременны или просто опасны, а их действия, кажущиеся такими безобидными, принести реальный вред обычным, мирным гражданам.
-Они правы, а остальные дураки - единственное понятно им либретто и этим все сказано. - Добавил я.