«Сначала были показаны танцы, исполненные группой людей, облаченных в просторные одежды и обутых в мягкие туфли. Это было фантастическое зрелище, ибо каждый танцевал по-своему. Оркестр, которым руководил человек по фамилии Хартман, играл странную музыку, где преобладал грохот барабана. Движения имели символическое значение, но при этом совершенно не были чувственными; создавалось впечатление, что перед нами демонстрируется культ, в котором чувственность вообще не присутствует.
Эти танцы, относящиеся, по-видимому, к древним религиям, описать практически невозможно. Одна дама пояснила нам, что в древности танцы служили для воплощения реальных актов помилования, похвалы или мольбы. В этой связи нам показали захватывающий танец дервиша, который мог бы стать сенсационным номером в цирке Барнума и Бейли.
Гурджиев руководил танцующими, взмахом руки давал сигнал к началу и резко их останавливал. Тогда они сохраняли равновесие в той позе, в которой руководитель остановил их, и были похожи при этом на деревянные статуи. Казалось, они находились при этом во власти какой-то гипнотической силы.
Музыка походила на какой-то абсурдный джаз. Гармонии и мелодии были записаны тем же Хартманом, согласно указаниям Гурджиева, который сохранил их в памяти с тех времен, как услышал в различных монастырях и сектах Востока во время своего «поиска истины». Гурджиев утверждает, что эти мелодии были очень древними и передавались с помощью записей в некоторых храмах.
Конец программы был посвящен показу различных трюков: частично собственно трюков, частично настоящих чудес, уходивших корнями в религиозные церемонии и основанных на гипнотизме и магнетизме».
В тот же день, там же, в Нью-Йорке, во влиятельном журнале «Каррент опинион» можно было прочесть следующую статью:
«Прибытие в Америку Гурджиева и его сорока учеников и музыкантов из «Института гармоничного развития Человека», недавно основанного во Франции, привлекло к нему большое внимание. Мы относимся к этому явлению как к культу, логически пришедшему на смену методу самовнушения и другим подобным средствам избавления от бед человеческого существования.
М-р Гурджиев руководитель некой колонии в лесу Фонтенбло, где упорно познаются тайны внутренней жизни человека. Музыка, гимнастика, ритмика, странные костюмы, благовонные фонтаны, мистические дисциплины лишь сопровождают этот поиск.
Одним из главных учеников Гурджиева был П.Д. Успенский, труд которого «Tertium organum» приравнивается к Библии у исследователей космического сознания. Говорят, что и Г. Уэллс, и Редьярд Киплинг очень заинтересовались мыслью и методами Гурджиева, равно как и А.Р. Оредж, директор лондонского литературного журнала «Нью эйдж», английский писатель О. Блэквуд и издатель «Уорлд мэгэзин» Джон О'Хара Косгров''.
В «Нью стейтсмен» (Лондон) о Гурджиеве пишут, что он грек, якобы проведший молодость в Персии. Тридцать лет назад он организовал экспедицию, целью которой было исследование самых древних восточных традиций, текстов, идей, обнимающих почти все области человеческого знания, и большинство из которых сильно опережает все, что смогла нам дать современная наука Запада.
Репортер «Нью стейтсмен» описывает школу в лесу Фонтенбло следующим образом:
«Жизнь там очень простая и даже аскетическая, пища нормальная, но слишком мучнистая для обычного желудка, работа очень изнурительная. Физический труд часто доводит учеников до крайнего изнеможения, словно солдат в окопах Фландрии зимой 1917 года. Тем не менее за всем этим не стоит никакой теории аскетизма ради аскетизма или натурализма. Работа в Фонтенбло считается чем-то вроде лекарства. Она становится предпосылкой для умственной концентрации и дает большой материал для самонаблюдения. Холод, голод и физическую усталость нужно преодолевать не ради них самих или чтобы снискать чье-то уважение, но просто для того, чтобы приблизиться к ясному пониманию нашего физического механизма и полностью овладеть им. Другие способы самонаблюдения создаются в «Институте» с поистине дьявольской изобретательностью. Они позволяют достичь четкого видения механизма наших мыслей и эмоций, но этот аспект работы нельзя описать в нескольких фразах»,
«Целью этого культа является, как указывает м-р Раймонд Кэрролл в «Нью ивнинг пост», достижение сверхсознания подобно древним азиатским мистикам. Оно осуществляется, в частности, благодаря полному подчинению тела. В этой связи представленные нам танцы и телодвижения являются характерными. Те, кто ими занимается, могут сделать осознанными все функции своего тела, в то время как в обычной жизни мы осознаем в лучшем случае четверть из них.