Воин в разорванных доспехах (рога на вытянутом черепе) закончил свой путь, распластавшись на ледяном полу. В его грудине пылали три ярких символа. Остаётся только одно...
Мстислав кинжалом вспорол покойника. Угольки поплыли по воздуху, но неожиданно впились Мстиславу в шею, сливаясь с кожей. Разразилась канонада взрывов. В глазах потемнело. На противоположной стороне свои границы очертила небольшая пробоина!
Что-то острое и похожее на чёрную нитку пронзило плечо и растаяло. Мстислав почти ничего не почувствовал и продолжил плыть к лазу. Внезапно начало швырять из стороны в сторону. Нить управлялась «кукольником».
Невесомость пропала. Ноги заскользили при падении, но Мстислав удержался. Возникли обитатели сущности (бирюзовые с выцветшими латами и с белесой сетью, похожей на невод). Обмазанные сажей повязки скрывали лица. Из головы торчали человеческие кисти, а изо рта скреплённым серебряными вставками выходил пар.
— Вот дуралей, — произнёс кто-то из них. — Думаешь, умнее нас?
— А не пошли бы вы...
— Омрикъяр не рад таким уродам. Мы кинули кость, а ты сожрал и не подавился...
— Тогда попробуйте забрать...
Елейные смешки и свист раззадорил сущностей. Орава из соплеменников не заставила себя ждать: из каждого тёмного угла показались громилы с необычными уловителями (на палке навешано полукольцо с шипами для фиксации своей жертвы).
Мстислав быстро нащупал место прокола нитью и сорвал невидимые путы. Не мешкая, сбил с ног двоих и пустился наутёк. Маневрировал между этими «великанами» и едва не угодил под их оружие.
В бой пустили липучки. При попадании на тело из них выстреливали отростки и врезались в ледяной пол, парализую жертву. Мстислав с усилием разрывал эти «кандалы» и бежал дальше. Боевой клич разбудил округу. Выход перегородили внушительного вида толстяки с булавами наперевес.
Меч в руках Мстислава работал на славу: враги, оказавшиеся на пути, падали замертво от рубящих ударов. Первый «барьер» успешно пройден, хотя колючие метательные снаряды приземлялись в миллиметрах от Мстислава. Противник понял уловку и лил сверху смолу из огромных чанов. Горящая смесь растеклась по скользкой поверхности, поджаривая остатки павших собратьев.
Мстислав предпринял отчаянный прыжок. Колени сшибли в воздухе голову «бирюзового». Она перевернулась и, как паук на кистях, умчалась, истошно крича.
Мстислав попал в дыру. Лазейка захлопнулась. Свет теперь исходил из шеи, освещая закутки пещеры. Звуки битвы стихли.
Где-то лилась вода. Моросящие каплями стены изредка извергали из себя струящуюся лаву. Та достигала земляного пола и застывала, источая запах серы. Почему за ним не погнались дальше? Что хранит в себя это огоньки?
На распутье встретился обелиск с изображением божества. Тень от огней указывала в левую сторону. Тупик оказался иллюзией. Найденный артефакт удачно помогал в пути.
Снова эта аура белой смерти, которая стремится убить каждого, кто посягнёт на её секреты. Но что же поменялось в этой пустоте? Тропинка выстлана скелетами необычных насекомых, огибала гору. Осталось следовать голосу разума и понять: это помощь, а не погибель.
Святилище возвышалось при восхождении на склон. Словно оно держалось здесь исключительно из-за магии. Колоссальные цепи сдерживали порывы грандиозной постройки улететь отсюда.
Мстислав зажал огни рукой. Мираж начал таить. Находка не смогла работать при ничтожном нажатии. Интересно...
Вход оказался блокирован. Повсюду разбросаны трупы в неестественных позах. Эту цитадель ни раз пытались покорить. Охранные вышки слепо взирали на гостя.
— Горыныч! Горыныч!
Внимание Мстислава привлекла маленькая сторожка на опушке. Она выглядела чужеродной в царстве чёрного мрамора. Дверца была закрыта изнутри, но шорох...
Мстислав постучался.
— Здесь никого нет! — пискнули в ответ.
— Да ну? Мне выломать дверь?
— Нет.
Ребячий голос дрожал и, судя по звукам шагов, метался перед выбором.
— Выходи! — приказал Мстислав.
— Только не убивай! Сейчас...
И правда, что в Зракъяре делает мальчишка?
— Человек?
— А ты? — испугался малец.
Костюм «зимнего окраса»: белая кольчуга с серым напылением. Хмурое лицо, обрамленное шрамами, курносый. Тонкие губы нервно поддёргивались. Странно видеть настоящего человека помимо себя.
— Допустим. Что ты здесь делаешь? Хочешь попасть в святилище?
— Нет. Я же не дурак. Брожу здесь, а толку? Не могу вернуться домой...
— Почему?