Все, пристрелялись! Сейчас минометная батарея в количестве двух расчетов будет просто расстреливать свой боезапас в надежде, что осколки мин найдут свои цели среди бойцов форта. А еще лучше, чтобы они повредили зенитки и легкие пушки, которыми было оснащено фортификационное укрепление.
Вокруг замельтешили обеспокоенные жители Синопа. Оказалось, что далеко не все сейчас в порту восторгаются визитом Визиря и скорой расправой над генералом Корниловым. Я дал несколько коротких очередей, разгоняя людей по домам. Вырвал с водительского сиденья сумку, в которой керчанин оставил баллончик с краской, сигнальные ракеты и тряпки флагов.
Побежал на открытое пространство – туда, где, видимо, раньше располагалась небольшая рыночная площадь, а сейчас был просто пустырь. Полчаса назад здесь остановился небольшой грузовичок, груженный листами фанеры. Водитель куда-то ушел и до сих пор не вернулся.
Я подбежал к этому грузовичку, запрыгнул в кузов и краской из баллончика вывел на белоснежной крыше три буквы – «SOS» Потом сдернул один из листов фанеры из стопки и, поставив его на бок, написал: «HELP!» Ударом ноги отломал от следующего листа фанеры приличный кусок и быстрыми, смазанными росчерками вывел на нем целое предложение: «I know where the Russian soldiers are!» Надпись получилась немного корявой и неровной, но если приглядеться, то можно было разобрать мои каракули. Правда, для этого придется напрячь зрение и подлететь поближе – именно это мне и надо!
Вертолет был уже совсем близко, но шел на приличной высоте, вряд ли оттуда пилоты смогут меня разглядеть. Я выдернул из кармана одну за другой пару ракет и выстрелил их в небо. Тут же свернул колпачок с фальшфейера и, как только пошел цветной – рыжий – дым, принялся активно им размахивать и кричать.
Но этого мне показалось мало, поэтому в другую, свободную руку я взял один из флагов, который оказался великобританским, и принялся махать еще и им. Получилось весьма сумбурно, но эффектно: я, весь такой в черном военном камуфляже с шевронами турецких вооруженных сил, бегаю и скачу по площади, размахивая флагом Великобритании и дымящим фальшфейером. Прям английский футбольный фанат-полудурок!
А рядом горят городские кварталы, гремят минометные разрывы, периодически раздаются пулеметные очереди, и над всем этим безумием возвышается белоснежный минарет с развевающимся на нем флагом Нидерландов и звучит гимн Советского Союза – страны, которой уже давно нет на карте.
Красота! Турецкие пилоты точно обратят на меня внимание! Это же полный сюрреализм! Слабоумие и отвага в чистом, неразбавленном виде!
Вертолет пролетел мимо, потом сделал вираж и снова пронесся мимо. Еще один вираж – и он начал снижение. То что надо!
Я отбросил флаг и прогоревший фальшфейер в сторону, схватил обломок фанеры с корявыми надписями и принялся размахивать самодельным плакатом, привлекая внимание пилотов.
Сработало! «Вертушка» сделала еще один вираж, немного зависла в небе, а потом принялась стремительно снижаться к земле.
Передо мной был самый настоящий армейский вертолет. Причем не какой-нибудь транспортный или переделанный из гражданской модели – нет, тут все по-взрослому. Прозрачная кабина, где пилоты расположились друг за другом, хищный камуфляжный окрас, пушка под носом, ракеты на пилонах и ни малейшего намека на отделение для пассажиров. В турецких вертолетах я не разбираюсь, но эта модель была чем-то похожа на американский «Апач» и наш «Ночной охотник».
Вертолет не стал опускаться к земле, а завис в воздухе метрах в тридцати от нее. Сколько он так провисит, я не знал, да мне и не надо было. Я дернулся всем телом, как будто в меня попали пули, отбросил щит в сторону и плюхнулся на землю. А уже упав, первым делом подумал, какой я полный дебил: ведь вертолет прямо надо мной, совсем рядом, и когда в него попадут из гранатомета, то осколки полетят вниз. А ведь там есть еще и БК, который имеет дурацкую привычку детонировать от попавших в него реактивных гранат. Слабоумие в чистом виде, хоть и с примесью отваги!