Мы с ходу расстреляли автоматчиков из пулеметов и, объехав самосвал с двух сторон, открыли огонь по засевшим слева и справа бойцам противника, благо наша позиция оказалась немного выше, чем крепость и прилегающая к ней местность.
Чтобы не попасть под огонь своих же, я приказал керчанину включить через динамики громкоговорителя «Кобры» какую-нибудь узнаваемую русскую песню, благо у него имелась запасная флешка. Я не знаю, как у него это получилось (Ванек, конечно же, утверждал, что он не мог на панели управления выбирать треки), но из динамиков Верка Сердючка весело и задорно закричала свой мегахит «Чита дрита». Сука, ненавижу эту песню!
Под разухабистое завывание украинского парубка с накладными сиськами два турецких семитонных бронеавтомобиля ворвались на территорию древней церкви. Пулеметы трещали без умолку. Почти синхронно с Михой мы развернули машины задом к руинам и начали сдавать назад. Саня выкатил свой пикап справа от перевернутого самосвала и, перепрыгнув в кузов, принялся поддерживать нас огнем из КПВТ.
Защитники древних развалин сразу же сообразили, что это мы приехали за ними, тем более что Мислав знал, что моя группа перемещается на двух «Кобрах», а то, что у нас появился еще и грузовичок с КПВТ – так это вообще хорошо!
И только подкатив вплотную к стене церкви, я неожиданно сообразил, что, может, ее защищает вовсе не группа Мислава, а это снова какие-то внутренние разборки в стиле все против всех. Но ничего, обошлось. К нам выскочил Петр – один из родственников Мислава и Михи, очередной Пе́трович – и начал что-то громко кричать Михаилу.
Я вылез через боковую дверь и, вытащив из салона гранатомет, немного отошел в сторону, чтобы никого не зацепить выхлопом выстрела. Поймал в прицел цель – баррикаду из мешков – и, мельком глянув назад, чтобы убедиться, что там никого нет, нажал на спуск. Ракета унеслась к цели, а через секунду громыхнул взрыв. Баррикада окуталась дымом, разорванная ткань мешков полетела в разные стороны, стрельба с той стороны прекратилась.
Неожиданно с крыши второго нашего бронеавтомобиля сорвалась ракета и тоже полетела к цели. Громыхнул взрыв, и кирпичная стена небольшого магазинчика обвалилась вниз. Ну конечно, как же это Керчь упустит возможность шарахнуть в кого-то из РПГ!
– Командир, тут такое дело: Петр говорит, что Мислав за несколько минут до нашей атаки пошел на переговоры с турками. Они где-то вон в том здании должны быть! – указал Миха на дом в конце улицы.
Так вот почему внезапно стихла перестрелка? Черт, вот так даже если специально захочешь подгадать, и то не получится. Надо же, какое стечение обстоятельств: Мислав пошел на переговоры, турки престали стрелять, а тут мы как чертик из табакерки выскочили, с ходу заняли хорошие позиции и всех постреляли.
– Какие еще, к черту, переговоры?! – рявкнул я. – Как его оттуда теперь вытаскивать, переговорщика хренова?!
– Петр говорит, что турки привели двух русских, и Мислав пошел на них смотреть. Старший турок дал свое слово в качестве гарантии безопасности нашего брата.
– Твою же ж мать! – в сердцах выругался я. – По машинам! Давайте быстрее, быстрее! – поторопил я Петра и остальных. – Саня, гони сюда, – махнул я армянину.
Через несколько минут из руин вышел еще один ее защитник – серб по имени Горан, он уже был не Пе́трович, а Иванович. Удивляюсь я с этих сербов: их фамилии, как наши отчества, только ударение, как правило, на первый слог.
Горан, как и Мислав, был здоровенным бугаем, но из-за травмы ноги сильно хромал при ходьбе. Черт, а ведь их должно было быть больше. В группу Мислава входили шесть человек:
четверо – расчет миномета, еще два – группа прикрытия.
– Остальные где? – поторопил я хромого.
– Погибли, – ответил за соотечественника Миха.
– А где рабы, которых они освободили? – задал я следующий вопрос.
– Когда началась осада, турки предложили всем желающим покинуть крепость, в обмен обещали никого не трогать. В итоге все рабы тут же вышли и сдались, – хмуро пробасил Михаил.
– Вот и делай после этого людям добро, – хмыкнул я. – Ладно, хорош прохлаждаться. Последний рывок остался: отобьем Мислава – и валим отсюда! Действуем решительно и быстро.
Петр сел за руль грузовичка, Горан разместился тут же в кабине. Через мгновение мы уже выдвинулись к тому самому зданию, куда ушел Мислав.