Уже вечером, возвращаясь в гостиницу, Марка за что-то зацепился взглядом. Остановившись, он рассмотрел маленькую лавку в переулке. «Лавка старьевщика». Но не название привлекло его. В окне, среди прочего хлама, он увидел медальон. Серебряный, немного помятый, из двух половинок. В каждой половинке — крошечный изумруд.
«Шикарная заготовка», — мысленно определил Марк. «Руны можно нанести изнутри и этого никто не заметит. Да и есть у меня одна интересная идея…».
— Леха, подожди здесь, я сейчас.
Парень быстро зашел в лавку, переговорил с хозяином и вышел обратно. Ему очень не хотелось этого делать, но он пересилил себя.
— Слушай, займи мне еще десять тысяч. Очень нужно.
Молча открыв кошелек, Леха пересчитал оставшиеся средства.
— Эээ…Мститель, а без этого точно никак? Тогда у нас останутся деньги только на ночевку в гостинице. Даже нормально позавтракать будет не за что.
Марк молчал. Он, итак, поступился своей гордостью, когда обратился за помощью.
— Ладно! На бордель все равно уже не хватит. Держи. Но учти, ты должен будешь сводить меня в лучший бордель этого города, когда мы поднимем свой ранг.
— Спасибо, Леха. Я этого не забуду.
Выйдя из лавки с медальоном, он увидел, рыжий удивленно поднял брови.
— Медальон? Зачем он тебе?
Марк сжал серебряную вещицу в руке.
— Я… я потерял родителей давно, — соврал он, внутренне поморщившись. — Примерно такой был у отца. Память.
Ложь далась ему очень тяжело, но он не смог быстро придумать правдоподобную причину. Возможно позже, он и расскажет своему спутнику правду, но не сейчас. За эти дни он уже привык к его шебутному характеру и ему искренне нравилось нынешнее состояние — не быть одному.
Вечером, в гостинице, они сложили и проверили все вещи и готовились спать. Марк лежал на кровати, задумчиво гляда в окно. Сон не шел. День закончился. Он влез в огромные долги. Настроение было уже не такое радужное, как вчера.
Завтра же они отправятся в Туманный лес. Во второй круг. На работы, где, по слухам, люди гибнут и постоянно пропадают. Парень крутил в руках медальон и думал… думал о том, какой артефакт ему может пригодиться больше всего. Не придя к какому-то итогу, он отложил этот вопрос до момента прибытия на рудник. Там он сориентируется и будет действовать по обстановке. Будто дожидаясь именно этого решения, его сознание отключилось, и парень отправился в объятия сна.
Утро следующего дня было пасмурным. Серые облака затянули небо. В воздухе пахло дождём. Марк и Леха стояли у городских ворот, где собирался их караван. Придя с утра в гильдию, они узнали, что всю партию разбили на несколько отдельных групп. По словам распределителя им повезло, ведь их отправляют на хороший участок, где практически не бывает проблем.
Неожиданно парень увидел своего защитника в гильдии — Утеса. Могучий террант подъехал на огромном вороном жеребце. Осмотрев с высоты собравшуюся толпу, он зычно скомандовал:
— Все по повозкам! Выдвигаемся!
Новички быстро потянулись к повозкам. Марк и Леха забрались в одну из первых, устроившись на жёстких скамейках. Ворота с грохотом начали открываться. За ними — Аномальная зона. Дальше — Туманный лес. Второй круг. Неизвестность.
Десять телег, запряженные мощными лошадьми, покидали каменные ворота города. В путь отправлялось пятьдесят новичков. Несколько повозок были заполнены припасами. Охранники — суровые, молчаливые терранты в кольчугах, с мечами за спиной и копьями в руках двигались по бокам каравана. Два эфирника 3 ранга — воздух и огонь, отличное сочетание на открытом пространстве, — находились в голове колонны.
Марк оглянулся на Химград. Место, встретившее его сурово. Город, где он убил двух человек. Город, где он влез в огромные долги.
«Прощай, Химград. Увидимся через… сколько? Месяц? Два? Год? И каков будет мой статус, когда я вернусь?»
Кабинет Императора Александра IV не был похож на те помпезные, перегруженные золотом и роскошью залы, которые обычно ассоциировались с царственными особами. Здесь царила строгая, почти аскетичная элегантность: тёмное дерево, несколько старинных картин на стенах, массивный письменный стол из чёрного дуба, за которым так любил сидел правитель Российской Империи. Его венценосные коллеги воротили носы, считая, обстановку непозволительно скромной для их ранга и статуса. Александру было плевать. Когда стоишь на вершине мира, на многие условности смотришь по-иному.