У Лехи явно начиналась истерика. Остановившись и посмотрев ему в глаза, Марк сказал:
— Леха, успокойся. Ты устал. Завтра будет легче.
— Нет, не будет! Я сдохну, я точно сдохну тут. Не об этом я мечтал, когда уходил из дома. Может мне как-то связаться с отцом, и он вытащит меня отсюда. Как ты думаешь?
— Это твоя жизнь, решай сам. Но знай, ты привыкнешь, тебе будет легче с каждым днем. На первых порах я помогу тебе, а дальше ты приспособишься. Тебе всего лишь нужно немного времени.
Они прошли в тишине несколько минут. Наконец Леха произнес:
— Извини меня, Мститель. Ты прав, все будет нормально. Я придумаю как применить свои силы, чтобы ускорить добычу. У меня уже есть идеи в голове. И…спасибо тебе.
— Пожалуйста, Леха. Для того и нужны товарищи, чтобы помочь и поддержать.
Ужин проходил в полной тишине. Новички ели молча, руки многих кровоточили и тряслись. Марк тоже молчал. Его мышцы горели. Спина ныла. Все тело умоляло об отдыхе. Но он чувствовал, как артефакт направляет энергию на заживление поврежденных волокон, как еще сильнее укрепляет его связки. Его тело, испытывая запредельные нагрузки, продолжало качественно перестраиваться.
Вернувшись в барак, парень рухнул на койку. Сейчас он приступит к тому, о чем мечтал всю дорогу — откроет купленный справочник и погрузится в информацию. Знания — то, что он ценил больше всего. Тоненький ручеек нового знания потек в его разум. Несмотря на физическую усталость, Марк был счастлив.
Прошел месяц… целый гребанный месяц тяжелого изнурительного труда в карьере. Марк стоял в своей штольне и смотрел на изрытые стены, на темные жилы эфириумной руды, уходящие глубоко в породу.
Его организм давно приспособился к нагрузке. Тяжелее всего далась первая неделя, когда плечи постоянно ныли от взмахов кирки, спина болела от бесконечных наклонов, а пальцы стирались в кровь, несмотря на перчатки. Вторая неделя была чуть легче. Боль притупилась, превратилась в постоянный фон. Движения стали более автоматическими, выработался ритм. К концу третьей он уже перестал задумываться о том, как и куда нанести удар. Тело все делало само и делало идеально.
А сейчас, спустя месяц, он чувствовал, что его организм окончательно… перестроился. Марк ощущал это всем телом — мышцы стали плотнее, сильнее. Выносливость выросла. Даже дыхание изменилось, стало более глубоким, ровным, контролируемым. Резерв эфира внутри пульсировал стабильнее, мощнее. Его ранг не увеличился, так и оставшись на границе. Но он чувствовал — прорыв произойдет вот-вот. И именно сейчас он прекрасно понимал, почему второй ранг терранта называется — Закаленный. Он осознавал, что прошел эту закалку полностью.
Закончив с размышлениями, парень закинул очередную корзину с рудой на плечо и понес наверх. Тридцатая за сегодня. Десять сверх нормы. Пятьсот кредитов дополнительного заработка. Вот уже неделю как Леха сам выполняет свою норму, но Марк не стал работать меньше. Пусть дополнительный заработок был каплей в море его долгов, но он был!
Рыжий… приспособился. Первые недели не справлялся, но Марк всегда помогал. Леха неизменно благодарил, но в его глазах читалось что-то… неприятное. Стыд? Зависть? Марк не мог этого понять, но что-то между ними… изменилось. Они все еще хорошо общались. Работали рядом. Ужинали за одним столом. Но та беззаботность, которая была в Химграде, она ушла. Леха смотрел на него иначе. С каким-то затаенным недовольством.
Парень замечал это. Видел, как рыжий хмурится, когда он закидывает двадцать пятую, двадцать шестую, тридцатую корзину. Видел, как отводит взгляд, когда их глаза встречаются.
«Он завидует. Потому что я сильнее. Потому что мне легче».
Марк не понимал этого чувства. Он никогда никому не завидовал — он работал, чтобы достичь того, что имели другие. Но и лезть в душу Лехе он не собирался. У каждого свои демоны. Свои слабости.
«Если он не может справиться с завистью — это его проблема, а не моя».
Они продолжали держаться вместе, но дистанция выросла. Невидимая стена вставала между товарищами. И Марк не знал, как ее убрать. Да и хотел ли он этого?
За этот месяц произошло всего одно интересное событие, о котором несколько дней говорил весь рудник. Неделю назад один из старожилов — террант по имени Григорий, работавший здесь с самого открытия участка, нашел в породе кристалл эфириума.
Средний по размеру — с ноготь взрослого мужчины. Темно-синий, почти черный, с прожилками внутри, похожими на застывшие молнии. Кристалл светился слабым, пульсирующим светом, и от него исходила волна чистой, концентрированной энергии.