Он сделал паузу, и Лев нетерпеливо кивнул, показывая, что можно продолжать.
— Один из высокопоставленных сотрудников аукционного дома оказался готов к сотрудничеству после соответствующего финансового стимулирования. Через него я смог выяснить личность нужного человека — Марк Светлов, двадцать один год, простолюдин, бездарь. Подтверждено, что он… он работал на радиационных раскопках в секторе 7-B.
При упоминании сектора 7-B в зале пронеслась волна едва заметного напряжения. Все присутствующие знали, что означало это место.
— Однако, — голос Тихонова стал тише, — что именно произошло в Аукционном доме, каков предмет и итог сделки, выяснить не удалось. Косвенные данные указывают на то, что произошло какое-то ЧП и парень сбежал. После установления личности мы немедленно выехали к нему домой, но… опоздали.
— Опоздали? — повторил Лев, и в его голосе прозвучала опасная нотка.
— Дом был тщательно обыскан. Кем-то очень профессиональным. Они работали чисто, не оставили следов, но искали явно то же, что и мы. Я уверен, что сработала служба безопасности «Волхова».
Медленно откинувшись в кресле, Лев устремил отсутствующий взгляд в пространство — верный признак того, что он просчитывает варианты.
— Продолжай.
— Мои люди показали фотографию Светлова нескольким работникам с котлована. Трое подтвердили, что парень действительно работал там. Более того, он работал на том самом участке, где произошел обвал.
Тихонов перевернул страницу в папке.
— Итоговый вывод — с вероятностью девяносто процентов именно Марк Светлов провалился в объект «Дыра». И он явно обладает какими-то артефактами, достаточно ценными, чтобы привлечь внимание аукционного дома «Волхов» и сильными, чтобы суметь сбежать от них.
Зубовный скрежет был слышен в наступившей тишине. Лев Новгородов представил, как древний артефакт, который должен был стать достоянием его клана, после продажи переходит в руки их злейших врагов. Или, что еще хуже, остается у какого-то бездарного простолюдина, не понимающего ценности того, чем владеет.
— Его семья, — резко спросил Лев. — Что с его семьей?
Тихонов кивнул, ожидая этого вопроса.
— Здесь ситуация интересная, господин. У Светлова была семья — родители и младшая сестра. Год назад произошел инцидент… с наследником Волковых. Родители погибли, сестра попала в кому. — Он сделал паузу. — Сестру зовут Елизавета, ей сейчас девятнадцать. Она находится в клинике «Светлый путь» уже год. Прогнозы врачей крайне неблагоприятные — вероятность выздоровления стремиться к нулю.
— И кто оплачивает лечение? — Лев уже знал ответ, интуиция его давно не подводила.
— Волковы, — подтвердил Тихонов. — Точнее, лечение оплачивалось ими до недавнего времени. Было непросто добыть эту информацию у клиники, их система конфиденциальности на удивление хороша, но кредиты любят и там. Мы выяснили: в день инцидента в аукционном доме, на счет клиники поступила оплата за следующий год лечения. Полная сумма — два миллиона, одним платежом. От Марка Светлова.
Лев прищурился. Картина начинала складываться.
— Если парень продал артефакт древних, даже если он полный идиот, у него должно остаться достаточно денег, — произнес он вслух, обращаясь скорее к себе, чем к присутствующим. — Вопрос только в том, сколько и что именно он продал.
Поднявшись из кресла, глава прошелся вдоль стола, руки за спиной, взгляд устремлён в пол. Все молчали, зная, что глава клана размышляет.
— Тихонов. Проверить все места, связанные с Марком Светловым. Его прошлую работу, его знакомых, любые зацепки. Хочу знать всё — где он учился, с кем общался, куда ходил. Добыть записи с камер наблюдения за последний месяц во всех районах, где он мог появиться. Искать на всех уровнях, но тихо. Очень тихо.
— Слушаюсь, господин.
— Он может залечь на дно, — продолжал Лев, больше размышляя вслух. — Если у него есть мозги, он будет прятаться. Но рано или поздно он совершит ошибку. Они всегда совершают ошибки.
Развернувшись, он устремил свой взор на сына, Кирилла, молчаливо сидевшего в дальнем конце стола. Молодой Новгородов явно пытался стать невидимым, но при взгляде отца вздрогнул.
— Отец, — внезапно подал голос Кирилл, и все обернулись к нему. — У меня есть предложение.
Лев удивленно поднял бровь. Двинувшись дальше, он жестом предложил сыну продолжить. Кирилл откашлялся и сел ровнее, явно собираясь с духом.