Руны ложились медленно, аккуратно. Каждый штрих выжигался в толще стали тончайшей линией, едва видимой глазу, но хорошо осязаемой его магическим восприятием. Первая связка заняла двадцать минут. Сложный узор из переплетённых символов, образующих замкнутый контур вдоль хвостовика. Вторая потребовала еще тридцать минут концентрации.
Когда он закончил, пальцы дрожали от усталости. Увеличенный контроль, несомненно, помогал, но подобная тонкая работа всё равно изматывала. Марк перевёл дыхание, а затем направил импульс энергии в клинок. Время активации артефакта.
Руны вспыхнули — на мгновение, едва заметно. Потом свечение угасло, но меч… меч изменился. Сталь стала еще темнее, словно закалённая заново. Он провёл пальцем по режущей кромке. Осторожно. Кожа мгновенно разошлась тончайшим порезом.
«Острее. Стал намного острее».
Осмотревшись, он увидел камень, валявшийся рядом. Активировав внутренний резерв, Марк ударил по нему мечом — в полную силу. Лезвие прошло сквозь породу, словно сквозь глину. Камень раскололся надвое.
«Готово».
Парень заново собрал рукоять, намотал кожу. Вернул меч в ножны за спиной. Ощущение было правильным. Завершённым.
Подбросив в костёр последнюю ветку, он лёг, укрывшись плащом. Ночь в полном одиночестве в лесу второго круга. Но не в страхе. В собранной, деловой готовности. Он был хозяином своих действий и планов.
Неделя в Туманном лесу пролетела серией ярких, выжженных в памяти эпизодов, слившись в череду марш-бросков, засад и коротких жестоких стычек. Марк не спешил, он дал себе время на освоение новых возможностей.
На второй день пути он заметил, что плащ скрывает его от тварей. Марк решил надевать его только во время ночевок, чтобы обеспечить себе более спокойный сон. Не прошло и часа, как на него вышла стая похожая на смесь волков и гиен. Шесть тварей. Вытянутые морды, полные кривых зубов. Горбатые спины, покрытые жёсткой, щетинистой шерстью. Они окружили его на поляне, двигаясь согласованно, как опытные охотники.
Марк не побежал. Встал спиной к толстому дереву, перекрывая угол атаки. Меч в правой руке. Левая — свободна и готова к применению заклинания.
Альфа атаковал первым — рывок с левого фланга, пасть нацелена на горло. Быстро. Но Марк был быстрее. Активация внутреннего резерва — короткий всплеск. Мир замедлился. Сместившись вправо, пропуская зубы мимо, он ударил. Не размашисто, а точно — короткий, усиленный резервом выпад в незащищённое сочленение между шеей и плечом.
Лезвие вошло глубоко. Тварь взвыла, рухнула, корчась. Остальные на мгновение замерли — инстинктивный страх перед неожиданной смертью вожака. Марк не дал им опомниться. Левая рука вскинулась. Короткий жест. Импульс эфирной энергии.
Земля под лапами ближайшей твари покрылась тонкой ледяной коркой. Та поскользнулась, завалилась на бок. Марк, шагнув вперёд, добил её точным ударом в череп.
Остальные отступили. Кружили, рыча и показывая клыки. Марк сделал шаг к ним. Потом ещё один. Твари дрогнули — и побежали, скрываясь в тумане. Он не преследовал. Опустил меч, перевёл дыхание. Проанализировал бой.
«Эффективно. Экономно. Резерв потрачен минимально. Одно заклинание. Два убитых врага. Остальные обращены в бегство».
На четвертый день сверху сорвалась лиана. Тихо, без предупреждения. Толстая, мускулистая, покрытая шипами. Хищное растение, реагирующее на тепло и движение. Она обвила его торс, сдавила, шипы попытались впиться в плоть. Должно было быть больно. Очень больно.
Эфирный щит вспыхнул автоматически — тонкая, едва заметная плёнка энергии между шипами и кожей. Марк почувствовал давление. Не физическое, а энергетическое. Почувствовал, как щит трещит под нагрузкой. Трещит, но держит. Эфирный резерв медленно пополз вниз.
Парень проанализировал противника. Без паники. Без суеты. Нашёл слабое место — узел, где лиана крепилась к стволу. Направив короткий импульс кинетической энергии, он нанес туда удар воздуха, сжатого до предела. Лиана лопнула. Обвисла, ослабив хватку. Марк вырвался, отскочил, выхватил нож. Порубил растение на куски, пока оно корчилось, пытаясь восстановить целостность. Проверил тело. Ни одного прокола.
«Прочность щита — удовлетворительная. Можно на него полагаться, но с осторожностью».
На шестой день он встретил третьерангового противника. Тварь была неприятной. Похожая на огромного скорпиона, но с шестью лапами вместо восьми и длинным хвостом, источающим ядовитую слизь. Бронированная. Хитиновый панцирь легко отражал простые удары меча.