У меня внутри все перевернулось. Выстрелить кому-то в голову, пока он спит? Не слишком героический поступок. Но я промолчал, как и все остальные. По сути, мы и были не кем иным, как обычными убийцами. Чем отличалось убийство во сне от того, чтобы заманить жертву в ловушку и убить ее там?
– Есть предложения? – спросил Проф.
– Вы уверены, что удастся найти ее базу? – сказал я. – Стальное Сердце постоянно перемещался и каждую ночь спал на новом месте. Я знаю немало эпиков, у которых много разных жилищ – именно на такой случай.
– Регалия – не Стальное Сердце, – ответил Проф. – Она даже близко не страдает паранойей так, как он, и она любит комфорт. Она выберет себе одно место в качестве убежища и вряд ли часто станет его покидать.
– Она стареет, – согласилась Тиа. – В прежние времена она могла проводить целые дни в одном и том же кресле, принимая посетителей. Я согласна с Джоном – у Эбигейл, скорее всего, одна хорошо защищенная база, а не десяток убежищ. Наверняка у нее есть резервное укрытие, но она не станет им пользоваться, пока не поймет, что ее основная база засвечена.
– Я над этим уже размышлял, – задумчиво проговорил Эксель. – Радиус в восемь километров означает, что она может находиться почти где угодно в Новилоне. Ее база может располагаться даже в старом Нью-Джерси.
– Да, – сказала Тиа, – но каждое ее появление сужает для нас область поиска. Поскольку она может создавать свои проекции только в пределах восьми километров от своей базы, мы можем постепенно уменьшить этот радиус.
Я медленно кивнул:
– Вроде катапульты, которая стреляет огромными виноградинами.
Все посмотрели на меня.
– Нет, послушайте, – сказал я. – Если у вас есть виноградная катапульта и она хорошо швыряет виноградины, но иногда забрасывает их на разные расстояния, можно оставить ее стрелять, скажем, на какой-нибудь вращающейся подставке. Потом, даже если кто-нибудь украдет катапульту, можно будет понять, где она находилась, по узору из выпущенных ею виноградин. Так же и тут. Только виноградины – проекции Регалии, а катапульта – ее база!
– Гм… выглядит почти разумно, – заметил Эксель.
– Можно, я буду стрелять из катапульты? – спросила Миззи. – Весело, наверное!
– Несмотря на цветастое описание, – сказала Тиа, – подобный метод действительно сработает, если собрать достаточно данных. И нам вовсе не нужно столько… э… виноградин, о которых упомянул Дэвид. Вот что мы сделаем: выберем определенные точки и создадим ситуации, которые спровоцируют Регалию появиться в виде одной из ее проекций. Если она действительно там появится, мы получим нужные нам данные. Если нет, возможно, точка находится вне ее досягаемости. Если повторить так достаточное количество раз, я наверняка сумею точно определить ее местоположение.
Я понимающе кивнул:
– Нужно устроить шум в городе и выяснить, появится ли Регалия, чтобы с нами пообщаться.
– Именно, – сказала Тиа.
– Как насчет радиуса действия других ее способностей? – спросил я. – Если она повысила уровень воды в городе, нельзя ли воспользоваться пределом этих способностей, чтобы ее обнаружить?
Тиа посмотрела на Профа.
– Ее способности к манипуляции водой имеют две разновидности, – сказал он. – Небольшие щупальца, которые вы все видели, и крупномасштабные перемещения больших масс жидкости. Щупальца могут простираться лишь в пределах ее видимости, так что – да, они могут помочь нам ее найти. Что же касается ее крупномасштабных способностей, они мало что могут нам дать – потому что больше похожи на движение приливных волн. Она может поднимать уровень воды на обширном пространстве и в больших масштабах. Эта способность требует меньшей точности, и она может ею пользоваться со значительно большего расстояния. Так что по уровню воды в Новилоне невозможно понять, где она может прятаться.
– При всем при этом, – добавила Тиа, – мы почти не сомневаемся, что Эбигейл не знает, что нам известен радиус действия ее способностей, так что у нас есть преимущество. Мы можем использовать его, чтобы ее найти. Вопрос в том, как привлечь ее внимание настолько убедительно, чтобы она либо явилась перед нами, либо из ее отсутствия достаточно определенно следовало бы, что появиться она не может.
– Надежный способ привлечь ее внимание? – переспросил я.
– Да, – ответила Тиа. – Желательно такой, чтобы не было слишком очевидно, что мы замышляем.
– Это как раз просто, – сказал я. – Будем атаковать эпиков.
Все посмотрели на меня.
– Мы ведь все равно собираемся рано или поздно убить Разрушителя, – продолжал я. – Регалия использует его как своего рода приставленный к нашей голове пистолет. Если мы его ликвидируем, мы лишим ее главного орудия. Таким образом, если мы нанесем по нему удар, она наверняка появится и попытается нам помешать. В случае удачи мы поставим Регалию в затруднительное положение, прекратим убийства и получим данные, которые сможем в дальнейшем использовать для обнаружения ее базы. К тому же мы избежим подозрений, поскольку поступим так, как всегда поступают мстители.
– Он прав, Джон, – сказала Тиа.
– Возможно, – заметил Проф, – но мы не знаем, по чему нанесет очередной удар Разрушитель. Нам придется действовать по обстановке, а значит устроить ему ловушку будет непросто. Как и выбрать место, которое могло бы дать нам информацию о Регалии, если она появится.
– Можно попробовать вариант с Ньютон, – предложил Эксель. – Она со своими приспешниками устраивает своего рода патрули по городу, и они вполне предсказуемы. Ньютон стала кем-то вроде правой руки Регалии. Если ей что-то будет угрожать, Регалия наверняка появится.
– Вот только, – сказала Вэл, – Ньютон сейчас не представляет особой угрозы. Ее банды под контролем – они могут немного побузить, но людей не убивают. Я согласна с Дэвидом – Разрушитель куда серьезнее. Не хотелось бы, чтобы Новилон разделил судьбу Хьюстона.
Проф задумался, глядя на мерцающую темную воду.
– Вэл, у твоей команды есть планы по уничтожению Ньютон?
– Да, но…
– Но?
– План требовал наличия Сэма и спирила.
– Спирила? – переспросил я.
– Он сломан, – сказала Вэл. – От него никакой пользы.
Судя по ее тону, тема была довольно щекотливой.
– Поработай вместе с Тиа и Дэвидом, – сказал ей Проф. – Пересмотрите ваши планы и представьте мне несколько сценариев уничтожения Ньютон, затем разработайте новые – по уничтожению Разрушителя. Будем действовать по плану Дэвида, используя атаки на этих двоих, чтобы выманить Регалию. Составьте также перечень мест, где ваша команда наблюдала подтвержденные проекции Регалии.
– Хорошо, – ответила Вэл. – Но их не так уж много. Мы видели ее всего один или два раза, не считая прошлой ночи.
– Даже двух точек хватит, чтобы начать поиски, – сказала Тиа. – Эксель, проведи разведку в городе и собери все слухи о появлениях Регалии или явных случаях использования ею своих способностей. Некоторые могут оказаться ненадежны, но, возможно, на их основе удастся составить карту.
– Через пару дней я собираюсь встретиться кое с кем, кто, возможно, что-то по этому поводу знает, – ответил Эксель. – Можно начать с этого.
– Прекрасно, – сказал Проф. – Действуй. Все свободны. Кроме тебя. – Он показал на меня.
Все вышли, кроме Тиа. Чувствуя, как проступает на лбу пот, я заставил себя встать и подойти к Профу, сидевшему возле огромного окна, за которым простиралась бескрайняя синяя бездна.
– Осторожнее, сынок, – спокойно сказал Проф. – Ты знаешь то, чего не знают другие. Я оказал тебе доверие.
– Я…
– И не думай, будто я не заметил, что ты пытался перевести сегодняшний разговор с убийства Регалии на убийство Разрушителя.
– Вы сомневаетесь, что лучше атаковать его первым?
– Нет. Я не стал тебе возражать, поскольку ты прав. Вполне разумно сперва напасть на Разрушителя – и, возможно, Ньютон, – чтобы лишить Регалию части ресурсов, после чего ее легче будет загнать в ловушку. Но прошу тебя не забывать, что наша главная цель – именно она.
– Да, сэр, – сказал я.
– Свободен.
Я вышел, задетый тем, что меня оставили специально для того, чтобы сделать мне выговор. Идя по коридору, я вдруг понял, что меня не оставляют мысли о Поляризации – не о могущественном эпике, а об обычной женщине, лишившейся своих способностей, которая смотрела на меня в ужасе и замешательстве.
Для меня никогда не было проблемой убить эпика. Вряд ли это станет проблемой сейчас. Но я все равно представлял лицо Меган вместо Поляризации, нажимая на спуск.
Когда-то я целиком и полностью ненавидел эпиков. Теперь же я понял, что больше не испытываю подобных чувств – после того, как познакомился с Профом, Меган и Эдмундом. Возможно, именно потому я выступал против убийства Регалии. Мне казалось, что она пытается бороться со своей сущностью эпика, и, возможно, мы могли бы ее спасти.
Все эти вопросы вели к рассуждениям на опасную тему.
Что, если мы захватим в плен эпика здесь, как было с Эдмундом в Ньюкаго? Что, если мы поймаем кого-нибудь вроде Ньютон или Разрушителя, а затем используем их слабость, чтобы навсегда лишить их способностей? Сколько им потребуется после этого времени, чтобы вновь стать нормальными людьми?
Если бы Ньютон или Разрушитель не находились под влиянием своих способностей, стали бы они нам помогать, как Эдмунд? И не стало бы это доказательством, что то же самое можно сделать и с Регалией? А после нее – с Меган?