— Это не слишком честно по отношению к тебе, правда, Мэтт? — прошептала она. — Но мне не хотелось бы сейчас... Вряд ли я смогу... Мне просто нужен... человек рядом.
Не стану утверждать, что я никак не реагировал на присутствие маленького теплого тела в моих объятиях. По непонятной причине мне припомнилась другая недавняя ночь, когда я повел себя аналогичным образом по отношению к другой женщине. Правда, тогда мы находились в разных комнатах, а стало быть, атмосфера была менее интимной. Однако я счел, что подобными размышлениями не стоит делиться с моей нынешней спутницей.
— Я постараюсь обуздать клокочущую страсть, мисс Брэнд, — пообещал покорный слуга.
— Расскажи мне о Марте.
Просьба застала меня врасплох, хотя я только что думал о Марте Дивайн. Что ж, никогда нельзя сбрасывать со счетов телепатию. Особенно, когда находишься с женщиной в одной кровати, даже если вы одеты.
— Что именно? — спросил я.
— Зачем она неожиданно появилась в Майами? Ведь ни ты, ни ее отец явно не ожидали ее увидеть.
— Понятия не имею, зачем. Спроси у моего шефа, ведь это же его дочь.
— Ты лжешь, дорогой, — заявила она.
— Совершенно верно, — согласился я. — Лгу. Последовала короткая пауза.
— Ладно, — тихо проговорила она. — Я чересчур любопытна и меня это не касается, верно?
— Верно.
— Ты ее любишь, Мэтт?
— Разумеется. Послушать тебя, так я люблю половину человечества. Всю женскую половину. С какой стати делать из бедняжки Марты исключение? Последовала еще одна пауза.
— Ладно, тогда расскажи, что произошло во время вашей ночной экспедиции. — Голос ее прозвучал слегка обиженно. — Если это тоже не попало в разряд секретной информации.
— Прости, но именно туда и попало. Во всяком случае, материал не для публикации. Если тебе и в самом деле хочется знать, расскажу, но строго между нами. Слово чести и тому подобное. — Чуть помолчав, я продолжал: — И раз уж мы об этом заговорили, боюсь, придется просить тебя забыть всю эту сумасшедшую историю: затонувшие суда и прочее.
Я почувствовал, как она мгновенно напряглась.
— Ты с ума сошел, Мэтт! Отказаться от материала меня не заставит и сам Президент Соединенных Штатов!
— Что ж, вполне с тобой солидарен. Но ведь просит даже не государственный секретарь.
— А... а если я откажусь, что тогда?
— Перестань, малышка. Это была просто просьба. Если тебе хочется, могу добавить «пожалуйста». Никаких угроз или карательных санкций. Решать тебе.
Какое-то время она молчала, затем сухо произнесла:
— Расскажи мне о вашем ночном походе. Конфиденциально.
Я выполнил просьбу. Когда же закончил, Элеонора сказала:
— С тобой не просто иметь дело, правда, Мэтт?
— Стараюсь исправиться, — заверил я. — Но почему-то никак не получается. Прости.
— Во всяком случае, теперь понятно, почему ты пытаешься заткнуть мне рот. Тебе не хочется, чтобы стала известна правда о гибели этих судов, поскольку вскорости ваш драгоценный мистер Беннетт уже обнародует свое совершенно отличное объяснение, а ты не хочешь выставлять его лжецом; лжецом и убийцей. — Не дождавшись ответа, Элли спросила: — Почему?
— Что почему?
— Почему ты защищаешь его? Почему не позволяешь написать правду и показать, что он собою представляет?
— Разве тебя кто-то останавливает? Я попросил всего лишь о личном одолжении, не подразумевающем каких-либо угроз. Никто тебе не мешает. Ты свободна поступать как тебе вздумается, разумеется, если проживешь достаточно долго, чтобы узнать всю правду, да еще изложить на бумаге, но я постараюсь, чтобы выжить удалось. Ты по-прежнему остаешься моим главным заданием. Беннетт волнует меня в гораздо меньшей степени.
Я почувствовал, как Элли нетерпеливо отмахнулась в темноте.
— Уж Беннетт-то ни за что не станет беспокоиться о тебе.
— Вовсе не обязательно быть таким же дерьмом, как он.
— Почему? — настойчиво повторила она. — Ты так и не сказал, почему?
— Собственно говоря, во всем виновата ты.
— Я!
— Послушай, — терпеливо проговорил я, — ты и так уже подняла достаточно шума, поведав, каких головорезов, вроде меня, использует в своих целях правительство Соединенных Штатов. Да, последняя статья была посвящена Бобу Дивайну, но следующая расскажет и обо мне. Тут уж ничего не могу поделать. Ты говоришь, материал передан в работу и теперь находится вне пределов даже твоей досягаемости. Придется сжать зубы и постараться вынести этот ураган. Единственное, что мы можем сделать, это предотвратить твою смерть, чтобы нас не обвинили еще и в этом. — Я глубоко вздохнул. — Согласен, поднимать шум твое ремесло, но разве я не могу по-дружески попросить тебя немного угомониться? Дай людям в Вашингтоне оправиться от скандала с нами. Согласен, Беннетт мерзкий тип, и в его организации хватает мерзавцев, но есть и немало порядочных людей. Хотя тебе, с твоим опытом общения с ними и трудно в это поверить, они проделали немало полезной работы. Тем более, погибших уже не воскресить, что бы ты ни написала. Если Беннетт продержится на посту еще пару лет, я первый благословлю тебя взяться за него. Можешь использовать даже, что я тебе сегодня рассказал. Заранее обещаю. Но сейчас ты и без того доставила нам достаточно неприятностей, и я прошу тебя немного передохнуть. И дать передохнуть нам. Позволь страстям немного поостыть, прежде чем затевать новую баталию.