— Не совсем, — ответил Мерлин с кривой улыбкой. Затем он повернулся к Шарлиен. — Мы ответили на ваши вопросы, Ваша Светлость? — тихо спросил он.
— О, вы ответили на те, которые у меня были, — заверила она его. — Чем, конечно, породили у меня, как минимум, пару дюжин новых!
— Похоже, так оно и есть, любовь моя, — согласился Кайлеб.
— Самое трудное — это признать, что всю мою жизнь всё, чему меня учили о Боге и Архангелах, было ложью. — Голос Шарлиен был низким и горьким, и Сихемпер сжал челюсти, как будто она говорила и за него.
— Ваша Светлость, вам действительно нужно обсудить это с архиепископом Мейкелом, — сказал ей Мерлин. — Вы уже и так знали, что такие люди, как Клинтан и Трайнейр, могут искажать и злоупотреблять верой других людей. Но всё, что они действительно сделали, знали они об этом или нет — это пошли по стопам Лангхорна и Бе́дард. Тот факт, что продажные и честолюбивые люди готовы лгать даже о самом Боге в своём стремлении к власти, боюсь, не является чем-то новым, но это не делает всё, во что вы когда-либо верили о Боге, неправдой. На самом деле, как бы мне ни было неприятно это признавать, такие люди, как архиепископ и Братство Святого Жерно, поверили в истину, когда увидели её, в значительной степени из-за ценностей, которым их учила религия, придуманная Лангхорном и Бе́дард, чтобы поработить каждого жителя Сэйфхолда. Такие вещи обычно случаются, когда люди используют Божью благодать как оружие. Моё собственное убеждение состоит в том, что, несмотря на все усилия Лангхорна или Бе́дард, они не в состоянии удержать Бога от того, чтобы он не прошёл сквозь щели, когда он захочет.
— «Прошёл сквозь щели», — тихо повторила Шарлиен и улыбнулась. — Полагаю, это один из способов посмотреть на это со стороны. И я действительно понимаю, почему архиепископ не желает оспаривать фундаментальные доктрины Церкви в этот момент.
— Но в то же время, однако, мы создаём своего рода собственный внутренний круг, — заметил Кайлеб. — Мы здесь вчетвером, Братство, доктор Маклин и ещё несколько человек из Королевского колледжа. Нам придётся продолжать быть почти безумно осторожными, с теми, кому мы ещё расскажем об этом, но это только начало.
— Да. — Шарлиен снова прикрыла глаза, и Кайлеб почувствовал, как напряглись её мышцы под объятием его рук. — И я боюсь, что сомнения архиепископа насчёт того, чтобы рассказать графу Серой Гавани всю правду, относятся и к Мареку. Он любит меня и доверяет мне, и он полностью осознаёт — и возмущён — разложение в Храме и Зионе. Но его фундаментальная вера так же сильна в нём, как была и вера дяди Биртрима.
Последние слова вышли надтреснутыми, почти дрожащими, и рука Кайлеба прижала её, успокаивая.
— Мне так жаль, любимая, — сказал он, наклоняясь ближе, чтобы прижаться щекой к её склонённой голове. — Я знаю, что ты любила его.
— Любила. Люблю, — прошептала она. — И я искренне верила, что и он любит меня.
— Я думаю, что он любил вас, Ваша Светлость, — тихо сказал Мерлин. Она открыла глаза, полные слёз, чтобы посмотреть на него, и он вздохнул. — Первоначальный план был его, это правда, но он никогда не хотел, чтобы вам причинили вред. Признаюсь, я не уделил ему достаточно внимания, и мне будет нелегко простить себя за это. К сожалению, есть предел той куче данных со СНАРКов, которую я могу просмотреть, и я предположил — ошибочно — что Бинжамин и архиепископ Мейкел будут приглядывать за ним недреманным оком. Очевидно, они думали, что я тоже буду присматривать за ним. Вот как весь этот заговор умудрился проскользнуть мимо всех нас, и это только подчёркивает, насколько важно, чтобы никто из нас ничего не принимал как должное. Но я прокручивал и просматривал заново некоторые записи наблюдения, которые раньше не проверял лично, и некоторые из них касаются вашего дяди.
— Я понятия не имею, насколько его план был продиктован честолюбием, а насколько — истинным ужасом от вашего неповиновения Церковной иерархии. Если уж на то пошло, я до сих пор не знаю, как он вообще связался с Хэлкомом. Должен был быть посредник, и кто бы это ни был, я уверен, он всё ещё здесь. Может быть, мы с Сычом сумеем выяснить, кто это был, продолжая просматривать записи СНАРКов, или, может быть, Бинжамин найдёт его. Но я знаю, что ваш дядя был непреклонен в том, чтобы вас захватили живой. Именно это привело его в Святую Агту, и именно поэтому Хэлком убил его.
— Не оправдывайся за него, Мерлин, — печально сказала Шарлиен. — Я всегда знала, что он любит власть. Он поддерживал меня, да, но это было отчасти потому, что без его родственных связей со мной он не стоял бы по левую руку от трона. Если бы он позволил отстранить меня, те же самые люди отстранили бы его из-за того, что он и Марек работали с отцом, а это означало бы, что он потерял бы доступ к этой власти. Да, он любил меня… но эта любовь всегда шла в паре с его собственными амбициями, и я её никогда по-настоящему не ощущала. Не тогда, когда я решила выйти замуж за Кайлеба и бросить вызов Церкви. И когда пришло испытание, он выбрал то, что выбрал. Никто другой не создал его, и, судя по тому, что ты сказал, должно быть, именно он был тем, кто примкнул к Храмовым Лоялистам, а не наоборот. Каковы бы ни были его доводы, каковы бы ни были его мотивы, он всё равно был предателем… и я всё ещё стояла у него на пути.