Перед ним простирался вымощенный двор; в промежутках между булыжниками буйно росла трава. В дом вела низенькая лестница. Вокруг дома располагались хозяйственные постройки — амбары или склады. Проникнув с помощью отмычки в дом, он осторожно двинулся вперед: ему показалось, что он очутился в кухне. Внезапно под тяжестью его веса пол с сухим треском проломился, и он стал падать вниз; в лицо ему полетели труха и пыль. Выбросив вверх руки, он сумел ухватиться за край пролома. Ноги его болтались в пустоте. Подтянувшись, он с усилием выбрался из ямы. Встав на ноги, он высек искру, вырвал листок из черной записной книжечки и зажег его. Заглянув в образовавшуюся дыру, он решил, что внизу находится подвал; пол подвала был завален какой-то рухлядью. Он снова поджег листок из записной книжки и с помощью этого крошечного факела обнаружил неподалеку от пролома подсвечник с огарками свечей. Подойдя к зияющему чреву, он опустился на колени, дабы осмотреть подломившиеся доски. Он провел пальцем по обломанным концам, обнюхал их и уловил запах древесины. Пол не должен был сломаться: толстые дубовые доски не прогнили, не покрылись плесенью и даже не испытали воздействия жука-точильщика, которого из-за издаваемого им тикающего звука в Геранде называли «часами смерти». Приглядевшись внимательно, он увидел, что половицы подпилены, причем недавно.
Ум его заработал на полную скорость. Если половицы подпилили недавно, значит, все эти годы дом отнюдь не пустовал. А если это ловушка? Вопросы теснились, налезая один на другой. Кто-то либо захотел защитить дом от праздных зевак, хотя трудно предположить, что могло привлечь зевак к этим руинам, либо предугадал его визит, опередил его и подпилил половицы. Он мог поспорить, что распил свежий, из чего следовало, что сделали его недавно. Интересно, ловушку готовили для любого визитера или для кого-то определенного? Расстояние от пролома до пола в подвале не слишком велико, и, приложив определенные усилия, из подвала вполне можно выбраться, если, конечно, не покалечиться при падении или не разбиться, упав головой вниз. Ощутив неуместный приступ досады, он принялся себя успокаивать.
Кем бы ни был тот, кто устроил эту ловушку, намерения он явно имел недобрые. И хотя Николя не пострадал, он решил отложить обследование подземелья на потом, а сначала осмотреть дом. Обойдя все комнаты, он не нашел ничего, кроме обветшалых стен. После того как вынесли приговор Энефьянсу, обстановку, скорее всего, растащили. Покинув заброшенное жилище, он направился к службам, решив начать с сарая, расположенного прямо напротив дома. По мере приближения до его слуха стали долетать какие-то непонятные, торопливые звуки, чередовавшиеся с полной тишиной. Привыкнув всегда быть начеку, он застыл, словно охотник, почуявший дичь. Звуки не стихали. Проведя рукой по краю треуголки, он убедился, что подаренный Бурдо миниатюрный пистолет, не раз выручавший его в трудную минуту, на месте. Зарядив пистолет и положив палец на спусковой крючок, он, затаив дыхание, с бьющимся сердцем вошел в сарай и замер от неожиданности. С десяток кроликов, ослепленных дневным светом, насторожив уши, уставились на него. Земляной пол был изрыт норами, словно в кроличьем садке. Он опустил руку с пистолетом; напуганные его движением, зверьки тотчас прыснули в подземные убежища, оставив после себя недоеденные капустные листья. Он улыбнулся. Решительно, загадки прибавлялись. Тяжелые ворота заперты явно не вчера, но кто тогда подпилил половицы и развел кроликов? Человек или дух, один или несколько? Логика подсказывала, что владелец или владельцы кроликов вряд ли проживали поблизости, ибо если бы они жили в квартале Сен-Мери, они бы наверняка оборудовали для животных садок или настоящий крольчатник. Значит, неизвестные, посещающие дом, хотят, чтобы все считали это место заброшенным. Но зачем тогда расставлять ловушки и разводить в сарае кроликов, откармливая их свежей капустой? Ведь после только что пережитой королевством тяжелой зимы молодая капуста являлась дерзкой и бесстыдной роскошью. Зачем тратить столько экю на каких-то кроликов? Рассматривая изрытую землю, он пытался обнаружить среди обгрызенных листьев хоть какие-нибудь следы пребывания человека. Двигаясь вдоль стены, он перебрался в смежное помещение, где обнаружил проход, соединявший сарай с жилым домом.