— Мне всё равно придётся с ним встретиться, — Вера шмыгнула носом. — Раздел имущества… Я так боюсь. Не знаю, смогу ли я держаться уверенно. Боюсь расплакаться прямо перед ним.
— Не так страшен чёрт, дорогая. В крайнем случае, представь его в смешных трусах, — Даяна улыбнулась и достала из сумочки телефон. — Послушай, я дам тебе свой номер. Напиши, если решишь куда-нибудь рвануть. Или если просто захочешь поговорить. А мне пора, завтра ранний рейс.
Они обменялись номерами и разошлись. Вера шла по ночному городу, вдыхая морозный воздух. Слова Даяны эхом отдавались в голове: «Себя не ищут, себя создают».
Придя домой, она не стала включать свет. Сбросила туфли, села на кровать и открыла мессенджер. Пальцы больше не дрожали.
Она нашла контакт «Гордей» и быстро напечатала сообщение:
«Завтра в шесть вечера. Обсудим развод и раздел имущества. Приходи вовремя».
Добавила геолокацию кафе, и нажав «Отправить», Вера откинулась на подушки. Впервые за долгое время она заснула сразу, и ей не снились кошмары. Ей снилось море.
Глава 8
Она пришла первой. Опаздывать — дурной тон, правило, которое Вера соблюдала так же неукоснительно, как чистку зубов. Гордей опоздал, как и всегда, когда речь шла о чём-то, что не касалось его непосредственных интересов, или когда, он хотел создать видимость незаинтересованности.
Она заказала капучино и перевела телефон в беззвучный режим, чтобы не отвлекаться на бессмысленные сообщения или звонки. Внутри всё сжалось в тугой комок, словно миллионы нервных окончаний перемалывались в мясорубке.
К её удивлению, руки не дрожали. Внешне она была спокойна и отстранённа, но внутри бушевал ураган. Вера хотела получить ответы. Она хотела услышать каждую деталь, восстановить хронологию событий, понять, в какой именно момент он предал их совместную жизнь. Было непонятно, поможет ли это облегчить боль, но ей было жизненно необходимо хоть как-то контролировать ситуацию, выйти из неведения. Ей нужно было знать.
Она смотрела на пузырьки пены в своём капучино, когда напротив неё опустился Гордей. Он сел, не извинившись, и нагло откинулся на спинку стула, как будто пришёл на обычную встречу с другом, а не на решающий разговор, который должен был раз и навсегда перечеркнуть двадцать три года их брака. Для него, вероятно, так оно и было. Для него ничего не изменится.
Вера опустила взгляд на свои пальцы, сжимающие чашку.
Гордей, как всегда, излучал надменное спокойствие, дорогой костюм сидел на нём идеально, часы на запястье поблёскивали в мягком свете ламп. В его стальных глазах не было ни тени сомнения, ни капли сожаления.
Брачного контракта у них не было, но Вера подготовилась. Она заранее продумала условия раздела имущества, которые устраивали её и, что немаловажно, устраивали Гордея.
По крайней мере, ей не за что было бороться, если речь шла о «боевых трофеях». Он никогда не был щедр на подарки, не баловал её роскошью, хотя и был успешным мужчиной, владельцем крупной компании. Живя с ним, она никогда не чувствовала себя обеспеченной и не могла тратить деньги, не спрашивая разрешения.
— Я не буду претендовать на долю в твоём бизнесе, какой бы крупной она ни оказалась, — начала Вера ровным, отработанным голосом, сразу привлекая внимание Гордея. — Машина останется твоей. Я забираю квартиру и единовременную выплату в размере двадцати миллионов рублей. Этого будет достаточно.
Гордей усмехнулся, скорее для вида. Если бы Вера действительно заинтересовалась его компанией, проблем было бы гораздо больше, чем от этой «единовременной выплаты». Она предложила ему отличную сделку. Конечно, он мог бы попытаться снизить сумму до десяти миллионов, но переговоры в этом ключе могли быть опасными. Если бы она вцепилась в компанию, которую он создал во время их брака, это могло бы повлечь за собой гораздо более серьёзные и дорогостоящие последствия.