Илья уже усвоил простую истину: спесивые высшие маги обязательно прислушаются к словам того, кто демонстративно не считается с их статусом. В их мире, если человек говорит с ними так, как Илья сейчас, он имеет на это право.
Среди трех волшебников, собравшихся вместе, был один, который легко разгадал игру. Но он слишком сильно хотел посмотреть, что из этого получится. Демайтер хранил молчание и с интересом наблюдал, как напряжение в комнате сменяется недоумением.
— Мне нужен проводник, — продолжал Илья, заручившись молчаливой поддержкой Демайтера. — У меня нет золота, но есть непростое поручение. Я оплачу его одной очень занимательной историей. Королевских ищеек она тоже касается, — он на секунду перевел взгляд на Хассета. — Что скажешь, уважаемая Донна?
— Это мудрец, — прошептала Донна. — Только они платят словами за дела!
— Клановый мудрец королевских стражников! — предострегающе произнес Хас-Сеттен.
— Вовсе нет, — усмехнулся Демайтер, — мой личный. Хотите его заполучить?
Илья скривился. Он начал догадываться, зачем Демайтер потащил его с собой. Ничто так не предрасполагает к размышлениям как долгая дорога сквозь границу туманов. Как бы Илья ни выкручивался, Демайтер не собирался отпускать его прямо сейчас. А с его мнением нельзя не считаться.
— Илье действительно позарез нужен проводник, он не лжет, — сказал Хас-Сеттен, не забыв одарить стражника неприязненным взглядом.
— Кого я поведу? — недоверчиво спросила Донна.
— Небольшой сухопутный корабль, выброшенный дрейфом осколков к неизвестным берегам. Его экипаж не причинит тебе вреда.
— Подожди соглашаться, Донна, — Хассет оторвался от стены и развернулся. — Ты срезала путь, но у нас все равно осталось не больше трех-четырех дней в запасе. Максимум неделя, потом нас хватятся…
— Ну, вот мы и подошли к главному, — сказал Демайтер. — Ты ешь из двух кормушек, Донна, раз нанимаешь в охрану королевских ищеек. Вы оба служите одному человеку. Кто он? Кто отправил вас на осколки?
В комнате повисла гнетущая тишина.
Демайтер, до того не менявший позы, подался вперед.
— Говорите, пока я готов вас слушать.
— Ты вне закона! — напомнил Хассет, оскорбленный тоном стражника и заткнулся, глядя как за спиной Демайтера наливается золотым свечением черная мантия. — Что… Что это такое… Поединок стражников за место патриарха? Он состоялся?! Туманные небеса! Эллис-Ан-Тер проиграл дуэль, а наместник и не догадывается… Такого не было… сколько лет он возглавлял клан?
— Неудивительно, что ты потерпел поражение, — почти миролюбиво заметил Демайтер. — Теперь все стало на места, верно?
— Но ты еще не патриарх, Диам-Ай-Тер! — возразил Хассет. — Тебе следует заявить права, пройти ритуал, предстать перед королевским двором и подтвердить делом, что ты достоин звания.
— Никогда ни о чем не спрашивай ищейку, Диам-Ай-Тер, тебе не ответят, — тихо сказала Донна стражнику. — Советник Бессат-Эсс-Кассель.
— Бессатель?! — изумленно воскликнул Демайтер. — Так вот кого имел в виду Элисантер, когда говорил о сторонниках! Глава Тайного Надзора королевских ищеек причастен к заговору против короля, он спелся с Элисантером… Тебе удалось меня удивить, Донна, даже скрывать не буду! Ты понимаешь, что это значит, Илья? Бессатель не дождался известий от своего отряда, который возглавлял Тисс-Аллер, поскольку купленный ими проводник погиб на осколках.
Илья прикусил губу, вспомнив медленно гаснущий контур проводника на инфракрасном экране трансфера и тоскливый вой мертвяка Кашицына.
— И что сделал Бессатель, потеряв своих людей? — Демайтер обернулся к соплеменникам. — Он отправил с двойным агентом второсортного сыщика. Лишь для того, чтобы изобразить видимость расследования, которое неминуемо зайдет в тупик… А я грешным делом подозревал, что замешан сам патриарх королевских ищеек.
Он помолчал и смерил Хассета взглядом.
— Тебя пустили в расход, Хас-Сеттен. Смерть уже ходила за тобой по пятам, когда мы встретились. Бессатель прикончит тебя вне зависимости от результатов твоих поисков. Хочешь жить — иди со мной, — негромко предложил он. — Пообещай мудрецу выход, Донна. Но сначала послушайте, что он скажет, если хотите узнать, куда подевался проводник, сговорившийся с Элисантером и Бессателем.