— Отличный ход, Донна, — прокомментировал Хас-Сеттен. — Ты можешь выходить прямо сейчас. Я дождусь наемных убийц Бессателя здесь, на Сагивусе. А его светлость и без тебя найдет дорогу в свой замок. Для главы клана стражников — это сущие пустяки.
В словесной дуэли Хассету сегодня повезло больше — удар королевской ищейки достиг цели. Нарочитое «его светлость» все-таки вывело Демайтера из себя:
— Я пойду сквозь границу туманов только с проводником. А до полудня шагу из этого клоповника не сделаю! — рявкнул он. — И ты немало этому поспособствовал, сунув свой длинный нос не в свое дело, Хас-Сеттен. Еще слово, и я потрачу твою никчемную жизнь прямо здесь и сейчас! Завтра Донна выведет меня с осколков. Я расплачусь с ней, как и обещал. Илья пойдет со мной, в путь мы отправимся не раньше полудня, а если кто-нибудь еще раз поднимет меня до зари, я обращу его в прах и пепел!
Илье как-то даже полегчало. Оказывается, он ждал чего-то подобного с тех пор, как маг пришел в себя после поединка. Или даже с той самой минуты, как впервые его увидел. В воображении Ильи перепуганные слуги так и забегали вокруг высокородного господина, изволившего пребывать не в настроении.
Демайтер рывком поднялся с места, сдернул с кресла тяжелый плащ, пошатнулся и схватился за высокую спинку. Донна и Хас-Сеттен разом затаили дыхание и застыли восковыми куклами, не сводя со стражника остекленевших глаз. Наверное, прожигали его непревзойденную магическую защиту, воспользовавшись минутой слабости.
Илья медленно пересек комнату. Продавливая грудью звенящий от магии воздух, он благодарил судьбу за то, что вся эта сверхсложная высокоуровневая ворожба сегодня предназначалась не ему.
— Давай я провожу тебя, Демайтер.
Воображаемый господин запустил в нерадивых слуг сапогом за нерасторопность и дерзкие речи.
Демайтер смерил взглядом расстояние до выхода и неохотно кивнул.
— Комната напротив, — обронил он, отпустил спинку кресла и оперся на предложенную руку иномирца, прежде чем сделать первый шаг к выходу.
— Ты видел? Цена высока, да, Хасс? — нарушила молчание Донна и выразительно посмотрела на захлопнувшуюся дверь.
— Угу, — буркнул Хассет без тени сочувствия. — А для бывшего патриарха их клана так и вовсе непомерна. Если только опальный советник Диам-Ай-Тер не приукрасил исход поединка.
— Я думаю, это невозможно, Хасс. Пока Элисантер гонялся за короной, а советники — за местом Элисантера, Диам-Ай-Тер фактически возглавлял клан. Он единственный из стражников высшей ступени, кто помимо интриг не забывал наводить порядок на дальних рубежах и в королевских Провинциях. Последние лет десять клан принадлежал ему, за исключением перегрызшейся верхушки. Ты еще ослеплен своим поражением, Хас-Сеттен… У стражников новый патриарх. Лучше признать это здесь и сейчас.
— Что он сделал со мной? Ваш мастер, крадущий сны, — пробормотал Демайтер, как только за спиной закрылась тяжелая дверь.
— Ничего такого, о чем ты подумал! И мне, кстати, он сказал, что все тебе объяснил.
— Да, он объяснил. Лучше бы я не спрашивал… Я жалею о своей настойчивости. Я даже не знаю, с чем это сравнить, Илья. Наверное, так чувствует себя колесо королевского экипажа, которому неискушенные в магии подмастерья заменяют поломанные спицы тем, что под руку попало… Из-за вас мне теперь ни к одному лекарю не обратиться! Они не поверят глазам.
Илья невольно улыбнулся.
— Дело вовсе не в методиках, Демайтер. Просто ты слишком привык к собственной неуязвимости. Валерий Васильевич как-то сказал: «Иногда мне кажется, они забывают, что не бессмертны».
— Мне он тоже это говорил. Речи дерзкие, а утешение слабое. И Хассет — дурак молодой! Если б не он, путь до снятой комнаты не казался бы мне бесконечным…
Опираясь на руку Ильи, Демайтер пересек полутемный коридор и уперся плечом в косяк.
— Последние два года моей жизни стоят всех предыдущих, — глухо сказал он, немного постоял и толкнул дверь. — Ступай к Хассету, Илья… Ищейка — хорошая защита. Ему некуда деваться, он к нам присоединится, вот увидишь… Все завтра… все завтра.
Глава 4
Тигуна сбежала по знакомой тропинке, отложила в сторону решето и уселась на разогретые солнцем мостки, свесив к ручью загорелые ноги.
— Выходи, я пришла, — заговорщическим шепотом сказала она, на всякий случай оглянулась по сторонам и нетерпеливо поболтала в воздухе босыми ногами. — Ну! Чего ты?