В полумраке, в неверном свете фонарей и креозотовых факелов, ориентироваться оказалось не так и легко. Неверные тени мелькали и метались по скользким стенам, а в тишине приглушенно раздавался шум осторожных шагов.
Спертый воздух заполнял легкие непередаваемым, головокружительным смрадом. Даже копоть смолистых факелов казалась тут какой-то ароматной…
Дышать было трудно не только Гастурту и Марбусу, выросшим в цивилизованных городских условиях, но даже и закаленному Найлу.
Он привык спокойно переносить разные дурные запахи, проведя большую часть своего детства в душной, раскаленной хайбадской пещере, постоянно наполненной зловонием, — там немытые люди спали, хранили запасы съестного и готовили пищу, в одном углу ужинали, а в другом углу отправляли свои естественные надобности.
Да и тот, кто хоть раз в жизни летал на паучьем шаре наполненных смердящим запахом скунсовых губок, навсегда получал иммунитет к самому оголтелому зловонию. Но чудовищная атмосфера подземного лабиринта постоянно заставляла содрогаться даже его.
Дорога оказалась не так коротка, как он предполагал вначале, и сначала заставила всех пережить ужасные минуты.
Сперва отряд двигался по горизонтальной шахте, в которую вел узкий колодец и казалось, что вскоре они окажутся прямо под арсеналом…
Но сразу после поворота лабиринт внезапно стал поворачивать влево и по всем расчетам начал уводить в сторону.
Когда стало ясно, что эта линия лишь отдаляет от цели, все остановились.
— Что будем делать? — надсадно просипел Биллдо, прикрывая рот воротником туники. Вернемся и поищем другой путь?
— Давайте продвинемся еще немного вперед… — тяжело дыша, предложил Симеон. Кто его знает, вдруг скоро этот коридор снова повернет, на этот раз в сторону арсенала…
Предусмотрительный Вайг оставил на стене опознавательный знак и отряд отправился дальше.
Часть этого отрезка пути им пришлось пройти по щиколотку в какой-то непонятной густой жидкости. Пришлось срочно выпустить капюшоны туник, чтобы проскользнуть под монотонным дождем смердящих вязких капель, сочившихся с прогнившего потрескавшегося потолка.
— Как ты думаешь, что это такое? — едва слышно спросил Найл у Симеона.
Доктор, казалось, каким-то особым образом распушил свою густую бороду и использовал ее в качестве противогаза. Судя по его внешнему облику, на него окружающий смрад действовал не особенно эффективно, — выглядел он самым бодрым, несмотря на то, что был старшим в их небольшом отряде.
— На отравляющее вещество не очень похоже, — задумчиво произнес Симеон. Хотя это | и мало приятная штука, но, мне почему-то кажется, для человеческой жизни это не особенно опасно.
Через несколько десятков метров шахта стала заметно расширяться.
— Смотрите, как стали гореть факелы… — первым обратил внимание Вайг. — Раньше все время пламя загибалось назад, а теперь нет. Что там, впереди?
Биллдо остановился на мгновение, послюнил палец и поднял его вверх.
— Действительно, движения воздуха здесь никакого нет, — согласился он. Похоже, что там какой-то тупик…
— Поворачиваем! — предложил Найл. — Нужно вернуться к колодцу и попробовать обойти другим коридором.
— Подождите, подождите! — вмешался рассудительный доктор. Мы столько прошли, столько перетерпели из-за этого смрада. И что, возвращаться так просто?
— Что же ты предлагаешь?
— Пусть Гастурт и Марбус продвинутся вперед и разузнают обстановку. Мы пока останемся здесь и немного передохнем, — сказал Симеон. Время уже позднее, неизвестно, сколько нам еще блуждать тут. Мы должны думать о том, чтобы сберечь как можно больше сил.
Предложение это Найл счел вполне разумным, но Джелло не отпустил ребят одних. Несмотря на свою кажущуюся суровость, грозный начальник охраны внимательно и с большой любовью относился к своим питомцам и в глубине души всегда считал их маленькими детьми.
— Я тоже пойду с ними, — буркнул он, высовывая губы из-под воротника туники. Я еще совсем не устал, так что отдыхать мне не время.
Захватив газовый фонарь и один из креозотовых факелов, трое охранников отправились во мглу.
Оставшимся троим даже нашлось небольшое место для отдыха, Найл вместе с ними притулился на крупной старой трубе, тянувшейся вдоль темного коридора и выглядевшей еще достаточно надежно.
— Мы пока промочим горло, насладимся волшебным напитком, — сказал Симеон, тяжело вздыхая. Нужно немного поддержать себя…
Из внутреннего кармана своей туники доктор достал круглую, почти плоскую флягу, изготовленную особым образом, — для этого был использован высушенный плод утреннего делиума.