ГЛАВА 24
До самой поздней ночи шла эвакуация жителей одноэтажных кварталов. Найл созвал экстренное заседание Совета Свободных и приказал всем членам комитетов срочно переселять в центральные районы горожан из многочисленных хибар, расположенных на окраинах.
Рисковать больше было нельзя. Никто не мог сказать, сколько уже было подготовлено тайных подкопов, и Найл решился на чрезвычайную меру, — в целях безопасности он велел временно переместить тысячи горожан в безопасные места.
Ничего не понимающих жителей будили и именем Главы Совета Свободных приказывали запереть жилища, чтобы отправиться на ночлег в одно из общественных зданий.
Несколько часов длинные колонны тянулись вдоль проспектов по направлению к центру.
Слышны были и возмущенные вопли, но большинство жителей понимали, что если правитель Города пошел на такую экстраординарную меру, у него были на то все основания!
Мало кто хотел рисковать собственной жизнью. Даже те, кто громко и картинно негодовал, не оставались в потемневших районах, а продвигались вместе с остальными, не забывая крыть Главу последними словами.
Когда суета улеглась, взбудораженный Город начал успокаиваться, и запруженные народом улицы опустели, на Главном проспекте показался небольшой отряд, отправившийся в путь из ворот Дворца Главы Совета Свободных. Они задержались у ворот, словно вспоминая что-то, и устремились во мрак широким размашистым шагом.
Каждый, кто случайно увидел бы в этот момент членов отряда, сразу определил бы, что все семь человек нацелены на решительную схватку.
Тяжелые «жнецы», висящие на прочных кожаных ремнях, оттягивали крепкие плечи, непокорные головы были надежно защищены боевыми капюшонами защитного цвета, да вдобавок у каждого имелась особая плотная повязка из паучьего шелка, пропитанная особым душистым составом.
Успевший побывать в подземелье Симеон убедился в тяжком воздействии чудовищного зловония, которое источали гигантские твари. Доктор предложил использовать аромат дельтийской кувшинки, чтобы никому из членов отряда не помешали плотный смрад и жуткие миазмы, до предела заполнявшие безбрежные просторы катакомб.
Найл вместе со своими спутниками держал путь к восточной окраине Города. Именно там, по его расчетам, основанным на компьютерной карте Стиига, располагалось самое вместительное депо.
По обе стороны проспекта темнели уступы многоэтажных зданий, погруженные в полную тьму.
Прикинув заранее самый короткий маршрут, он энергично шагал впереди, углубившись в свои мысли, предчувствуя, что вскоре не останется ни одной лишней секунды на размышление.
Впереди их ждал настоящий бой, а не простая демонстрация возможностей человека. Противника нужно было уничтожить полностью и огневой мощи «жнецов» для этого вполне хватало. Важно было только обнаружить их логовища, погубить все гнезда.
Под влиянием чудодейственных препаратов Симеона поздно вечером Гастурт немного пришел в себя.
Хотя он был еще совсем слаб и почти не мог говорить, Найл все-таки смог пообщаться со своим перевязанным, ослабевшим охранником. Контактировал он на ментальном уровне, присев у изголовья его кровати.
Мысленным лучом Найл скользнул в клокочущее сознание Гастурта, чтобы считать напрямую информацию о произошедшем в подземелье и, одновременно, помочь парню, постараться изнутри воздействовать на его мозг терапевтическими успокаивающими волнами.
Связаться с ним оказалось очень непросто. Злобное телепатическое воздействие крыс, которое пережил молодой парень, не прошло бесследно и разрушило многие привычные построения его рассудка.
Обычно структура сознания каждого человека, с которым контактировал Найл, напоминала ему многоэтажное здание, но только не прямоугольной, а кристаллической формы.
Внутри такой фигуры располагались многочисленные помещения, соединенные между собой хитроумными переходами и тянущимися сверху донизу между различными этажами-ярусами.
Конечно, каждое такое здание, разработанное самым мудрым архитектором, — длительной эволюцией, имело секретную планировку. Образно представляя, Найл, перемещаясь по чужому человеческому сознанию, из одной комнаты попадал одновременно в четыре других, расположенных на разных уровнях.
Без опыта и умения тут нечего было и делать…
Неискушенный новичок, даже чудом забравшийся в сознание незнакомого ему человека, мог бы скорее умереть, прежде чем выбраться из бесконечных коридоров памяти, серпантином вьющихся внутри необъятного кристалла. Он навсегда был бы прикован к человеку, в мозгах которого он так легкомысленно собирался пошарить.