"Шумящая, прозрачная палка? И мокрая! Тьфу!" - кривилась она и отряхивала лапку.
Пробовала подобраться к струе с другой стороны, обойдя по краю ванну. Снова - хвать! И снова отряхивалась.
"Странно, странно! Где же у этой палки конец? - размышляла она и, нагибаясь, заглядывала в глубь .ванны. - А, знаю!"
И забиралась под ванну. Там она долго искала конец струи. Потом опять - скок! И все повторялось сначала. "Что за чудеса!" - думала Европа. Наконец однажды она чуть не утонула. Решив схватить струю сразу двумя лапками, поскользнулась и бухнулась в почти полную ванну! Крися как раз собиралась купаться.
Сколько тут было плача, жалоб! Европа с перепугу орала так, словно с нее живьем шкуру сдирали.
Думаете, после купания она потеряла охоту к этим экскурсиям? Как бы не так!
На другой день она снова была в ванной. Исследовала дно ванны. Разгуливала, все внимательно осматривала и мурлыкала, словно чайник на плите.
Тут ей, видно, пришло в голову, что тайна скрыта не в ванне и не в кране, а в колонке. И без долгих размышлений она прыгнула прямо на раскаленный верх колонки.
"Яу! Ой-ой!" - крикнула она некошачьим голосом. Долго потом бедняжка как ошалелая носилась по квартире.
И с тех пор уже избегала данной. Тем более, что в это время у нее нашлось другое занятие.
У Криси на окне стояла большая стеклянная банка. Там жили золотые рыбки. Европа целыми часами просиживала перед этой банкой.
Ей не давало покоя то, что вот она видит в прозрачной банке рыб, а добраться до них не может.
Вот какая-то рыбешка плывет прямо на нее. Европа притаилась, не спускает с нее глаз. Ну вот сейчас поймаю, сейчас, сейчас! Прыгнуть-и всё! Кошечка напряженно ждет. Потом прыгает - и как мячик отлетает от стекла. Стукнулась головой о банку - вот и вся радость!
"Что ж, не удалось! Попробуем еще раз!" - говорит про себя Европа и подкрадывается к банке с другой стороны.
И снова - бах головой в стекло! И все-таки, несмотря на все удары судьбы, охота не прекращается.
На беду, кошке пришло в голову влезть на банку. Балансируя, как цирковой эквилибрист, прохаживалась она по краешку банки и, не спуская глаз с рыбок, обдумывала, как бы до них добраться. Всунет лапку - мокро. Вытянет ее поскорей и с отвращением стряхнет воду. А рыбы, как назло, плавают под самым носом. Ну вот же, вот они! Никак нельзя не сунуть лапку еще раз. И опять мокро! А испуганные рыбешки уходят на дно. Европа решительно села на край банки.
"Ладно, будь что будет! Намокну - пускай, зато поймаю!" - решила она и наклонилась... Результат?
Результатом было то, что банка брякнулась на пол, а Европа одним скачком очутилась на шкафу!
А уцелевших рыбок пришлось посадить в другую банку и запереть в кладовой...
- Крися, - говорю, - не слишком ли много хлопот с этой Европой? Банка-то ладно, а вот часы! Не знаю, можно ли их будет починить.
- Милок же не нарочно, - вмешивается Катерина.- Разве он что в кухне тронул хоть раз? Часы упали, потому что крючок ослаб. - А банка?
- Если бы Европа знала, что банка может упасть, то она бы, наверно, ее не трогала, правда, тетя? - говорит Крися. - Вот вы, дядя, вчера сами разбили стакан. Все знают, что это вы нечаянно. Каждый может случайно разбить стакан. Это всем известно!
Всем, кстати, было известно и то, что я выпустил стакан из рук, потому что Европа неожиданно вскочила мне на плечо.
Но не ссориться же мне было с Катериной и Крисей! Я уж больше в дела Европы не вмешивался.
3
Знакомство Европы с нашими собаками произошло в первый же погожий день.
Европа вышла на порог. Солнышко пригрело, было светло и тепло. Кошечка с наслаждением потянулась. Огляделась. На пристенке, возле которого стояли собачьи миски, чирикали воробьи. Кошка припала к земле. Началась охота. "Простите, барышня, что вы тут делаете?"
Европа оглянулась.
"Прочь, прочь! - фыркнула она, увидев Чапу, который приближался к ней, вежливо виляя хвостиком.
"Не надо плеваться, это нехорошо, - заметил ей Чапа и попятился. Очень прошу меня извинить, но я хотел бы выяснить, откуда вы, барышня, взялись?"
"Из дома я пришла, из дома!"-объясняла ему Европа.
"Видите ли, мы, собаки, не верим никому до тех пор, пока не удостоверимся лично. Разрешите..." - шепнул Чапа и вытянул к кошке морду. Понюхал. Но еще не поверил:
"Как будто пахнет нашей хозяйкой... И кухней... Простите, пожалуйста..."
И снова придвинулся ближе. Обнюхал кошечку с ног до головы.
"Да, да, да! Странно, но факт! Несомненно, несомненно! - удивлялся он и придвинул нос к самой кошачьей мордочке. - Молоко, слышнее всего молоко. Ну что ж, молоко тоже неплохо, хотя я предпочитаю мясо".
Он лизнул котенка в ухо.
"Простите, я умываюсь сама!" - пискнула Европа. Но не отодвинулась. Чапа, пес веселый и вежливый, решил, что теперь, когда знакомство состоялось, можно и поиграть.
"Так вы охотились на воробьев? Вы совершенно правы! Эти бездельники вечно все таскают у нас из мисок! Айда за ними!"
И с такой готовностью бросился на воробьев, словно веселее игры не было. Прыгал, бегал. Оглядывается, а Европа не тронулась с места.
"Надоело вам, барышня? Тогда поиграем во что-нибудь другое. Я тоже не очень люблю гоняться за птицами. Еще ни разу не удалось мне ни одной поймать, - признался он откровенно. - Так во что будем играть? Я больше всего люблю французскую борьбу. Кто положит другого на лопатки, тот и победил. Поиграем? Ладно? Начали! Внимание!" - и прыгнул на Европу.
Он моментально прижал ее к земле, кошка жалобно запищала.
"Защищайся, что ж ты!" - уговаривал ее Чапа и делал вид, что собирается ее укусить.
Но кошечка плакала все жалобнее.
"Пусти, пусти!-кричала она.-Отстань!"
Чапа отскочил. Кошечка села и не на шутку разревелась.
"Никогда не думал, что ты такая плакса, - удивлялся Чапа. - Больно тебе? Что ж ты молчишь? Ну и странная ты личность!"
На дворе появились остальные собаки, и Чапа поспешил сообщить им новость:
"Знаете что? Тут есть какое-то такое, пахнет Крисей и теткой Катериной, ест только молоко и хнычет ни с того ни с сего!"