— Хорошо, а нынешний случай? Хадзуки Масэ, используя биолокацию, нашла останки собаки, и это факт.
Юкава посмотрел Каору прямо в лицо:
— А давай о тебе. Ты веришь тому, что рассказала девочка?
— Я… Мне сложно ответить, и это меня смущает. Я всё видела своими глазами, мне хочется ей верить. В то же время меня не отпускают сомнения: как такое возможно?
— Обнаружение останков собаки как-то повлияло на ход расследования?
— Немного… хотя нет, можно сказать, довольно серьёзно повлияло. При изучении останков в них обнаружили сельскохозяйственный яд. По-видимому, его каким-то образом подмешали в пищу.
— Ядохимикаты? Это однозначная связь с убийством в доме. Будем считать, что преступник отравил собаку и избавился от её трупа. Сколько она весила?
— Около двенадцати килограммов.
— А украденное золото — десять. В сумме — двадцать два килограмма. Чтобы унести такой груз, женщине средней комплекции понадобилась бы тележка.
— Совершенно верно. К тому же золотые слитки можно спрятать в сумке, а вот с двенадцатикилограммовой собакой породы каи-ину так не получится. Разумно предположить, что преступник воспользовался машиной.
— А у той женщины — страхового агента — она есть?
— Нет. Мы справились в конторах по прокату автомобилей, но пока ни в одной не нашлось записей о том, что наша подозреваемая брала у них машину.
— Понятно. Обнаружение останков собаки заставило следствие метаться во все стороны. — Развеселившийся Юкава широко улыбнулся. — И всё же, зачем преступнику прятать мёртвую собаку?
— Этого я не знаю. Но можно предположить, что он опасался, не выявят ли яд при обследовании…
— Не хотел оставлять вещественных доказательств? Тогда, по-моему, проще было вовсе обойтись без ядов, — пробормотал Юкава себе под нос, а затем посмотрел на Каору. — Как полиция собирается поступить с показаниями девочки, обнаружившей столь важную улику?
— Пока не решено. Начальство тоже в замешательстве. Нельзя же записать в материалы дела, что останки собаки нашла с помощью биолокации дочь главной подозреваемой…
Юкава мелко затрясся от смеха:
— В состав упомянутого начальства, полагаю, входит Кусанаги. Ты поэтому пришла ко мне за советом?
— Раз вы всё понимаете, вы могли бы как-то разгадать эту загадку?
— Твои начальники тоже не бездари. Неужели никто из них не предлагал логичного объяснения, как девочка нашла останки?
— Разумеется, предложения были. Например, мой шеф считает, что девочка изначально знала, где спрятана собака. Другими словами, она сама, в том или ином виде, замешана в этом деле.
— Ну вот. Нет, правда, вполне логично.
— Но тогда я не понимаю, зачем понадобилось приплетать биолокацию. Достаточно было послать в полицию анонимное письмо с указанием места, где лежит труп. На самом деле девочка сказала мне, что так бы и сделала, если бы нашла собаку. И всё же — повторю в который раз — я следила за ней всю дорогу.
Слушая уверенный тон Каору, Юкава тоже посерьёзнел и замолчал. Глядя на него, она продолжила:
— Хочу ещё кое-что добавить. Одноклассники Хадзуки Масэ знают, что она занимается предсказаниями. Редко на людях, и всё же несколько человек видели это лично. Говорят, она почти никогда не ошибается.
Каору опросила нескольких учеников возле школы, в которую ходила Хадзуки Масэ. Разумеется, она не упоминала о расследовании убийства, но сказала, что она из полиции. Все ребята отвечали честно.
Сидевший со скрещёнными руками и глядевший в пол Юкава поднял голову:
— Можно встретиться с девочкой? Желательно — здесь, в лаборатории.
— Хорошо. Постараюсь устроить, — кивнув, ответила Каору. Этих слов Юкавы она и ждала.
7
На следующий день Каору привезла Хадзуки Масэ в Университет Тэйто. Разрешение на её встречу с Юкавой дал Кусанаги.
— Я на него рассчитываю! Передай ему: «Молюсь, чтобы ты, как и всегда, докопался до истины», — напутствовал он Каору, когда та покидала управление полиции.
Всю дорогу до университета Хадзуки молчала. Каору уже объяснила ей, что хочет, чтобы та поговорила с профессором физики. Но похоже, девочка не нервничала. И обиженной тоже не выглядела. Казалось, она была согласна на всё, лишь бы это помогло снять подозрения с её матери.
Когда они добрались до университета, Каору оставила девочку ждать в коридоре и зашла в тринадцатую лабораторию одна. Юкава стоял перед рабочим столом. На столе было собрано какое-то странное приспособление. Оно состояло из четырёх параллельных отрезков труб, концы которых прятались в коробках.