— Ты прав, — сказал Кусанаги. — Нам есть над чем задуматься. Впредь мы уделим этому пристальное внимание и постараемся подобного не допускать.
— Уж будьте так добры. Хотя сдаётся мне, в моём случае что-либо предпринимать уже поздно.
— Теперь, когда мы признали свой промах, вернёмся к вопросам. Извини за настырность, но всё же — у тебя точно нет никаких догадок? Складывается впечатление, что автор письма хочет с тобой посоревноваться.
— Если и хочет, я не обязан его знать.
— Чтобы понять, что речь о тебе, ему хватило ключевых слов «доцент Ю. из университета Т.». Сомневаюсь, что вы с ним никогда не пересекались. В общем, я хочу, чтобы ты основательно поразмыслил. Нет ли среди учёных, с которыми ты общался, кого-нибудь, способного на такие поступки?
— Ничего не выйдет.
Услышав решительный отказ Юкавы, Каору невольно уставилась на его правильно очерченное лицо. Кусанаги также изумлённо затих.
— Не отрицаю, я знаком со многими учёными. Однако мне едва ли что известно об их человеческих качествах. Я в курсе только их профессиональных достижений. Следовательно, не мне судить, кто из них мог бы написать такое письмо.
Кусанаги глянул на Каору.
«Сдаюсь», — было написано у него на лице.
— Хорошо. Оставь это дело нам. Ты позволишь забрать письмо?
— Конечно. Возвращать не обязательно. — Юкава заодно передал другу лежавший рядом с письмом конверт. — Кстати, тебя ведь назначили руководить следствием. Поздравляю.
Кусанаги скорчил утомлённую гримасу:
— Ничего особо не изменилось. Делаю то же, что и всегда.
— Уцуми в твоей группе? Будет на кого положиться. — Юкава посмотрел на Каору и лукаво улыбнулся.
— Ей или мне? — спросил Кусанаги.
— Вам обоим, взаимно.
Фыркнув, Кусанаги сказал: «Идём» — и поднялся на ноги.
Каору последовала за ним к выходу. Но у самой двери обернулась:
— Как вы думаете, что такое «рука дьявола»?
Юкава пожал плечами:
— Не представляю. Вероятно, какая-то невидимая сила, но таких существует множество. По одному тексту точно не определить. И как я уже сказал, неясно, есть ли у него на самом деле эта «рука».
— Да, конечно… Извините за беспокойство.
— Но чудится мне… — добавил Юкава, — это не примитивный блеф.
— Почему?
— Потому что в тексте употребляется слово «учёный». Написавший его человек, по крайней мере, считает себя таковым. И возможно, у него есть на то причина.
Каору кивнула:
— Мы это учтём.
Юкава нахмурился и махнул рукой.
— Всего лишь мнение дилетанта. Можете не обращать внимания.
3
Мужчина припарковал белый фургон с однообъёмным кузовом на стоянке, обустроенной на крыше супермаркета. Перебрался с водительского места в заднюю часть машины. Сиденья там были сняты. Всё для того, чтобы разместить рядом со сдвижной дверью некий аппарат.
Убедившись, что вокруг никого, мужчина открыл дверь.
Аппарат оснащался особым прицелом, направленным в сторону дверного проёма. Через него мужчина посмотрел наружу. Навёл на резкость, и в поле зрения показался каркас здания, собранный из толстых железных балок. На самой верхней балке стоял строитель в спецовке. До земли было около двадцати метров. С того места, где находился фургон, приходилось смотреть немного вверх.
Теперь мужчина навёл прицел на строителя. Тот занимался своим делом, сидя на корточках. Как и во все дни вплоть до вчерашнего, он не пристегнул страховочный трос. Должно быть, привык к высотным работам и доверял своему опыту и чувству равновесия.
С виду ему было за пятьдесят. Разглядеть, есть ли в выбивающихся из-под каски волосах седина, мужчине не удалось.
«Пожалуй, ты уже достаточно пожил», — пробормотал он и включил аппарат.
Сидя перед дисплеем, Кусанаги задумчиво чесал голову. На экране отображались данные обо всех дорожно-транспортных происшествиях на территории Токио за последние несколько дней.
Всего таковых насчитывалось около восьми сотен. Три из них — со смертельным исходом. Четыре жертвы.
В первом случае машина превысила скорость, не вписалась в поворот и врезалась в мачту освещения. Водитель — студент института — и его друг, сидевший на месте пассажира, погибли. Оба изрядно накачались алкоголем. Согласно протоколу, следов торможения на дороге не осталось, а значит водитель, скорей всего, заснул за рулём. К тому же несколько свидетелей видели обоих погибших в баре перед аварией.
Нельзя не признать: случилось то, что должно было случиться. Оба напились по собственной воле и по собственной же воле поехали на машине. Усмотреть здесь вмешательство Руки Дьявола не представлялось возможным.