За этими занятиями время промелькнуло незаметно, и о Дуэйне она вспомнила, только когда поднялась в спальню. Кинула взгляд на часы — девять пятьдесят, потом на телефон. Но на автоответчике спокойно горела зеленая лампочка — ей никто не звонил. Странно, очень странно. Какие дела могут занимать его до столь позднего часа?.. Или, может, он устал и заглянул в бар выпить рюмку бренди? Или зашел в ресторан поужинать? Да, наверное…
Ее внутреннему взору предстал освещенный яркими огнями зал ресторана отеля «Марриот». Джентльмены в строгих костюмах, дамы в украшениях и вечерних туалетах, цветы на столах. И он, Дуэйн, с его роскошной рыжей шевелюрой…
Она представила, как он входит в зал в сопровождении почтительно кланяющегося официанта. Как его провожают восхищенные женские взгляды и немного неприязненные мужские…
Оливия содрогнулась. Устоит ли он против чар изысканных нью-йоркских красавиц?
Ну конечно, поэтому-то он и не звонит. Какие уж тут звонки, когда напротив, сидит очаровательная женщина и многообещающе улыбается… Они закончат обедать, потом отправятся в бар и выпьют еще по бокалу вина, а затем… Ей ли не знать, что будет затем? Они поднимутся в его номер. Он откроет дверь и пропустит спутницу вперед, войдет сам и обнимет ее… О, какая мука!
Стоп! — решительно прервала себя Оливия. Как можно забыть, что это Дуэйн? Дуэйн, а не Эндрю! Надо опомниться и прекратить заниматься самоистязанием. Он еще позвонит, ведь начало одиннадцатого еще совсем не поздно. А если нет, то я сама свяжусь с ним завтра утром…
Проворочавшись полночи без сна, вторую Оливия провела в кошмарах и встала в начале десятого с головной болью, бледная и не только не отдохнувшая, но даже еще более утомленная, чем накануне вечером.
Ее приветствовало безоблачное пронзительно-синее небо и ослепительно яркое солнце. В такой день невозможно быть несчастным, но она ощущала себя не просто несчастной. Ей казалось, что жизнь кончилась. Все ее надежды пошли прахом… Дуэйн, тот самый Дуэйн, которого она считала чуть ли не идеалом мужчины, оказался таким же, как и ее бывший супруг. Стоило только ему оказаться в «столице мира», и он в то же мгновение забыл и ее, и свое чувство к ней, если оно вообще было, и высокопарные слова о порядочности и прочей чуши.
Ну и черт с ним! Пропади он пропадом! Пора ей прийти в себя и прекратить наступать на одни и те же грабли. Мужчины есть мужчины, и незачем пытаться найти среди них верных, надежных и преданных. Всегда отыщется женщина, которая покажется им более интересной и желанной, чем та, что дожидается дома.
Все, надо оставить мечты о замужестве и полноценной семье. Если повезет и выяснится, что она все-таки забеременела, то нужно поблагодарить Господа за такой исход. Ребенок — вот то, что ей требуется. Ребенок, а не мужчина. У нее есть все необходимое, чтобы сын — или дочь — вырос здоровым и счастливым. Земля, свежий воздух, лошади и коровы…
А теперь надо перестать киснуть — ни один мужчина не заслуживает ее слез. Пора работать. И не забыть, что сегодня еще предстоит уделить время делам ранчо: управляющий просил зайти, у него возникли какие-то проблемы.
Что ж, с этого я и начну, решила Оливия и отправилась умываться. Но, несмотря на все старания, миссис Грейнджер, тут же заметила по ее лицу, что дела обстоят не лучшим образом.
— Мисс Олли, вы хорошо себя чувствуете? — спросила она, ставя перед молодой хозяйкой кружку крепкого и очень горячего кофе.
— Да, прекрасно, — ответила та.
Но эти слова не убедили пожилую женщину. Потому что от ее внимательного взгляда не укрылись ни бледность лица, ни темные круги под глазами Оливии.
— Как спали? — продолжала она допрос.
— Нормально.
— Что-нибудь случилось? — напрямую спросила тогда миссис Грейнджер.
— Нет, ничего, — покачала головой Оливия. — Все отлично. Если не возражаете, мне бы хотелось поскорее поесть. Я должна поговорить с Джеком. Он хотел, не откладывая, обсудить какие-то возникшие у него проблемы.