— И наконец впервые на моей памяти награды «За заслуги в военной медицине» удостаивается не профессиональный врач и даже не военный, а молодая женщина…
Савелий с приглушенным смешком пихнул меня в бок, а я выразительно закатила глаза.
— По образованию медик, но в душе — настоящий боец, за последние недели она проявила себя неоднократно в ситуациях, граничащих с катастрофой. Если бы не её своевременная помощь, знания, способности и воля к победе, мы бы не досчитались многих бойцов, в этот час снова сражающихся за правое дело и нашу с вами безопасность.
Говоря красиво, но в то же время достаточно обтекаемо, чтобы не сказать ничего, князь, наконец, разродился:
— Я приглашаю на вручение награды Полину Дмитриевну, графиню Ржевскую.
Успев изобразить «красивое лицо», я с легкой полуулыбкой вышла в центр зала и под приглушенное обсуждение присутствующих и редкие вспышки фотокамер журналистов дошла до князя. Я прекрасно понимала, что окружающие недоумевают: что именно я сделала, где и когда, но в то же время наверняка догадываются, что раз не прозвучало никакой конкретики, то информация либо засекречена, либо… Медаль не заслужена.
Уверена, были и те, кто считал именно так. Но какое мне до них дело?
— Добрый вечер, ваша светлость, — поприветствовала я князя, присев в легком реверансе, и продолжив говорить то, что от меня хотели услышать: — Для меня огромная честь заслужить эту награду и принять её из ваших рук.
— Рад знакомству, ваше сиятельство, — в свою очередь любезно ответил князь, но я чувствовала, что он изучает меня гораздо пристальнее, чем мне бы самой хотелось. — Отрадно видеть, что на наших землях проживают настолько красивые и неравнодушные к чужим жизням женщины. Эта награда ваша по праву.
И ловко приколол медаль к левой стороне груди.
— Благодарю.
После этого мне пожали руку, задержав достаточно, чтобы нас сфотографировали в этой позе, вручили коробочку и документ, прилагающийся к награде, и я вернулась к сияющему Савелию, который ждал меня с распростертыми объятиями и в итоге обнял так крепко, что я не удержалась и пискнула.
— Медведь! Мои ребра…
— Шутить изволите, ваше сиятельство? — хохотнул «Витязь». — Да они у вас крепче титана и надежнее слова аристократа! Уж мне-то не заливайте, я вас как облупленную знаю. Кстати, проставляться дома будете?
— А надо? — засомневалась, потому что сама об этом даже не думала.
— Ваше право, — беспечно пожал плечами Док и, пользуясь тем, что церемония завершена, фуршет продолжается и снова можно общаться, не понижая голос. — Но у нас принято обмывать. Особенно первую награду. Особенно заслуженную.
Подумав, поняла, что действительно стоит устроить домашним праздник. В самом деле, мы даже завершение ремонта не праздновали! Все в трудах, все в непрекращающихся трудовых заботах.
Хватит. Мы заслужили праздник!
— Уговорили. — Я широко и беспечно улыбнулась. — Попрошу завтра Дарью продумать праздничное меню на вечер и закажем вкусностей в ресторане. Может даже в том же «Айсберге». Устроим себе заслуженный выходной. Чур, не напиваться!
— Ха! Да вы за кого меня принимаете, Полиночка? — шутливо возмутился Савелий. — Целители моего уровня в принципе напиваться не способны.
— Ваше сиятельство…
Пока мы болтали, потихоньку двигаясь к столам, где обновили закуски, на этот раз принеся и сладкие десерты, нам навстречу шагнул князь Долгорукий и, вежливо кивнув, протянул руку.
— Позвольте пригласить самую прекрасную и загадочную даму вечера на танец. Савелий Павлович, позволите?
— Конечно, ваша светлость. Конечно.
Забрав из моих рук сумочку и одним взглядом дав понять, что будет неподалеку, Док отступил, ну а я, вручив князю руку, позволила мужчине увести себя ближе к центру зала. Сама я танцевать не сильно любила, особенно вычурные вальсы, но прекрасно помнила, как это делается, ещё со времен обучения в лицее. Пускай та память изначально была не моей, это не отменяло того факта, что я освоила её от и до.