— Вчерашний разлом — он первый, открывшийся на вашей территории? Или очередной?
Поколебавшись и явно не желая отвечать, князь задал свой вопрос:
— Вами движет праздное любопытство или исследовательский интерес?
— Второе. Исключительно второе, ваша светлость.
— Не первый. Второй за этот год, третий за пять лет и примерно двадцатый за последние два века. В последнее время, как вы уже сами наверняка знаете, разломы стали появляться чаще.
О, да. Я знаю.
В любом случае всё равно ничего не понятно, но дико интересно.
Танец завершился, князь, проявляя положенную ему вежливость, вернул меня Савелию, снова заверив, что безумно рад знакомству, ну а я вдруг резко оказалась всем нужна. Особенно молодежи.
К нам подходили молодые врачи и бароны, любопытные профессора и другие награжденные в этот вечер, и всем было безумно приятно со мной познакомиться и спросить лично: кого я спасла и как именно.
Честно признаваясь, что бойцов нашей великой империи, причем из числа элитных спецподразделений, остальное нагло умалчивала, не стесняясь лгать, что давала подписку о неразглашении. И рассказывать об этом не имею права. Кто-то верил, кто-то нет, меня это волновало мало и где-то через час, окончательно устав от этого хоровода лицемерия, я утащила Дока в закуток между монстерой и драценой и потребовала:
— Савелий, а давайте мы меня уже эвакуируем? Я устала. Медальку получили, глаза помозолили, пироженку съели — пора и честь знать.
— Желание дамы — закон, Полиночка, — добродушно рассмеялся Док и, махнув рукой Тимуру, который всё это время приглядывал за мной издали, повел на выход.
Время близилось к девяти, когда мы подъехали к дому. Потихоньку смеркалось, Док всю дорогу балагурил, не прекращая, так что в дом мы вошли вместе и я смеялась, не заподозрив подвоха, когда переступала порог.
А потом было уже поздно.
Глава 4
Вокруг засияло, заискрило, взорвалось фейерверком и раздались многочисленные радостные возгласы, в первый миг дезориентировав так сильно, что я едва не облачилась в доспех. Спас Док, крепко держащий меня за руку, а потом я поняла, что это не нападение, а поздравления и неуверенно улыбнулась, пытаясь понять, кто эти все нарядные люди. Ну, Ульяну узнаю… А Олега тоже. Дениса, Айдара, Борю… Хм, а Дарья-то у нас красотка. А это неужели Ирина? Зефир, Борей, Дуб, Троян… Красавица Алевтина. Элегантная Светлана Прокопьевна… А этих ребят я вообще впервые вижу!
— Обычно по традиции мы купаем награжденного в брызгах шампанского и он пьет до дна из литрового кубка, — ко мне подошел иронично улыбающийся Егор с вычурным старинным кубком в руках, — но учитывая твои вкусы, решили сделать небольшое исключение. Здесь сок. Мультифруктовый. До дна, Полина.
— С ума сошли? — Я прикинула объем кубка, в котором было навскидку не меньше заявленного литра, но Стужев улыбался слишком загадочно и я вытянула шею, чтобы заглянуть внутрь. Хм, а налито-то на донышке. Фух, ладно. — Ваше здоровье, дорогие мои! Пусть оно вас никогда не подводит!
И залпом выпила все, что мне предложили, почти сразу ощутив, что это не просто сок, а с энергетическими добавками, которые мигом вернули мне силы, а потом мы дружно поднялись на второй этаж в ту самую гостиную, которую обставили на всякий случай, и я увидела, что у окон накрыты фуршетные столы, подоконники и высокие напольные вазы украшены цветами, а в самой комнате звучит игривая музыка.
И праздник начался!
Савелий, взяв на себя роль массовика затейника, то и дело предлагал тосты, перед которыми следовали юмористические зарисовки из его обширной практики (без жутких подробностей, ведь в гостиной были дамы), мужчины следили, чтобы у всех было налито, дамы купались во внимании, ведь на каждую из нас приходилось как минимум по три кавалера, и всегда кто-нибудь с кем-нибудь танцевал, благо места для танцев хватало, как и диванов.
И не знаю, как остальным, а мне эти спонтанные посиделки понравились намного больше, чем предыдущие!
При этом я умудрилась перетанцевать, кажется, со всеми присутствующими мужчинами, а с некоторыми и не по одному разу, но, что примечательно, ни один из них не позволил себе чего-то лишнего или неприличного — все до единого бойцы вели себя максимально корректно, причем не только по отношению ко мне.
Ближе к полуночи, когда стало ясно, что большая часть угощений съедена, а женщины зевают чаще, чем смеются, на правах хозяйки я объявила завершение вечера, поблагодарив всех за чудесный праздник, и заверила, что в случае чего за мной дело не станет — вылечу!